Книга Говорящие кости, страница 445 – Кен Лю

— Пусть твоя дочь будет как тот золотой карп из легенды! – провозгласил тост Асулу и поднял кружку с чаем.

— За это я выпью. Но ты задай себе серьезный вопрос: разве любой из твоих знакомых не живет сейчас лучше, чем десять лет назад?

— Это верно, – признал молодой солдат. – Мои родители продали свою рыбачью лодку, переехали в Мюнинг и открыли там лавку – торгуют морепродуктами. Место они выбрали удачное и получают неплохую прибыль благодаря всем этим торговцам и ученым, заглядывающим к ним по пути к гробнице принцессы Кикоми.

— Ну вот видишь. Так что и у тебя есть причина поддерживать императрицу.

— Сомневаюсь, что всем этим я обязан ей, – возразил Асулу. – Не так уж много она и делает, правда? Я только и слышу, как Джиа развлекается, выискивая смазливых молодых парней и собирая их в Дворцовом саду…

— Эй, приятель, не завидуй. Кто знает, может, однажды ее карета будет проезжать через ворота Тойемотики. Только представь: императрица поднимает взгляд, а там стоишь ты, весь из себя такой красивый – в начищенных доспехах и блестящем шлеме, в воинственной позе Фитовэо…

— Да заткнись ты! Это надо же такое придумать!

Когда оба солдата вдоволь насмеялись, Эги продолжил:

— Кстати, нельзя забывать о заслугах премьер-министра Кого Йелу и секретаря предусмотрительности Дзоми Кидосу. Все знают, что они навели порядок среди бюрократии и заставили чиновников работать на народ, а не выжимать из него соки. Так что, если кто-то развяжет против императрицы войну и захочет устроить тут бардак, я буду сражаться против таких людей, даже если они будут выступать под стягом императора.

— Может, ты кругом циник, Эги, но сдается мне, ты почти восхищаешься императрицей…

Внезапно снаружи раздался страшный грохот. Раскат грома? Да нет, вроде непохоже.

— Во имя Близнецов, ты только посмотри, что там творится!

Выглянув из дозорной башни, оба караульных были удивлены зрелищем взрыва, озарившего небо на западе. Вспышка была яркой, золотой, сполохи ее не гасли вопреки дождю – этакий исполинский распустившийся цветок одуванчика.

За первым взрывом последовал второй, а потом и третий. В огненных сполохах на западном горизонте, в той стороне, где находилось озеро Тутутика, высветились большие тени. Воздушные корабли, что ли? Ну да, наверняка воздушные корабли!

— Он действительно сделал это, – пробормотал Асулу. – Император Монадэту и в самом деле идет на Пан.

Эги поспешно напяливал на голову шлем:

— Не стой столбом, парень! Бей тревогу!

Вскоре яркие сигнальные огни вспыхнули на всех дозорных башнях на западной стене Пана, и над городом разнесся тревожный колокольный звон.

Крифи, одиннадцатый месяц одиннадцатого года правления Сезона Бурь и правления Дерзновенной Свободы

Гозтан взобралась на вершину холма и окинула взглядом поле, покрытое обломками и бурьяном, – все, что осталось от древнего города Крифи.

Тут и там среди развалин виднелись грибовидные крыши, но выглядели шатры грязными, неухоженными, прохудившимися. Однообразие ландшафта не нарушали ни дым от костров, ни скачущие всадники; в гнетущей тишине не слышалось песен молодых пастухов. Отощавшие стада давно уже отступили в предгорья, оспаривая друг у друга жалкие остатки растительности, уцелевшей поблизости от некогда густонаселенной столицы Укьу-Тааса.