Книга Близнецы. Том 1, страница 220 – Дарья Чернышова

— Я кое-что опустил, – хитро прошелестел из-под шарфа Мескер. – Сделаю это, пока ты будешь ходить за хворостом.

— Лучше бы промолчал, – буркнула Нерис, скривившись.

— Шучу. Я сам когда-то спрашивал об этом старейшин. Никто не знает ответа. Обряду ведь почти тысяча лет, и даже последовательность… – Он запнулся, как будто пытался подобрать слова, но в итоге мысль оборвалась. – Короче, они готовят нескольких учеников не просто так. Но все пройдет как надо. Я уверен.

Имбирь ускорился на широкой тропке, и Нерис крепче сжала поводья. Ей бы такую уверенность. Мескеру хватило бы, кажется, на двоих.

«У меня нет сомнений в твоей находчивости», – сказал он как-то раз, напомнив ей историю о гонках на санях. Хесида тогда очень хотела победить, и Нерис – более сильная колдунья, чем она, – привела ей из лесу стаю диких волков, подчинив вожака. Они крупнее собак, те их ужасно боялись, и старшая царевна примчалась к цели первой. Вторым оказался ее будущий муж. Славная вышла свадьба – справили в тот же день. Даже волкам досталось угощение, а братья и сестры ласково гладили длинный мех.

На таком же меху Нерис давным-давно лежала с Фаррасом. Окровавленным волчьим мехом был накрыт пустой трон в разоренном царицыном тереме.

«Я скажу про волка, – подумала Нерис, – когда Мескер спросит, каких зверей вырезать».

На лесном привале, готовясь – наконец-то! – ко сну, она услышала из чащи пронзительный визг дерущихся лисиц. Бабушка угомонила бы их одним взглядом – она так умела, и это действовало на людей так же, как на зверей. Еще до смерти тети Сего царица часто носила рыжий мех на плечах, и маленькая Нерис, глядя на Шакти, думала, что однажды тоже научится одеваться красиво.

А потом Танаис привела ей лису, когда объясняла, как драться с другими колдунами.

«Пусть будет лиса», – решила Нерис и проснулась утром с этой же мыслью в голове.

Пока они с Мескером собирались в дорогу, между зеленых ветвей блеснула темная шерстка. Нерис прикрыла глаза, прислушалась, различила быстрое дыхание хищницы и шепот тысяч молодых листьев вокруг. Куница торопилась домой – такая же юркая и маленькая, как зверек, которого Нерис отпустила с дочерью.

«Куница не совсем ласка. Значит, подойдет», – подумала она и вдруг согнулась пополам от боли внизу живота.

Все звуки сразу утихли. Тяжесть разлилась по телу, заставляя стиснуть бедра, и Нерис выругалась про себя. Оставив в покое тлеющий костер, Мескер обернулся на стон, приблизился и вполголоса спросил:

— Что с тобой?

— Кровь идет, – прокряхтела она.

— У-у-у, – задумчиво протянул Мескер. – Это каждый раз такая ерунда?

— Ты точно не в лесу вырос?

— Ну, знаешь ли, женщины, с которыми я близко общался до тебя, в такие дни обычно не работают.

— Не поняла.

— Я имею в виду проституток, – пояснил он и, услышав в ответ недоуменное молчание, вздохнул. – Бордели, Нерис. Это такие дома, где круглый год празднуют птичий день.

Ей показалось, что за это замечание Мескер заслуживает крепкого пинка, но живот сводило слишком сильно, чтобы чем-то размахивать.

Нерис пробурчала:

— Зато я наверняка не беременна.

— Да уж, было бы очень некстати.

— Точно, – подхватила она, почувствовав необъяснимо болезненный укол досады.

Нерис прикрыла рот ладонью, сделав вид, что это из-за отрыжки или тошноты.