Книга Близнецы. Том 1, страница 219 – Дарья Чернышова

— Чего такая смурная?

— Спать хочу. И к дочери.

— Понятно, – ответил Мескер и попытался ее ободрить: – Зато тебе повезет увидеть обряд. Это очень красиво. Звучит, по крайней мере.

Нерис велела Имбирю чуть-чуть замедлить шаг.

— Расскажи.

Мескер сощурился и понизил голос:

— Это страшная маззанская тайна.

— Маззаны там, а я здесь. Не беси меня. Я точно страшнее.

— Пожалуй, – согласился Мескер и принялся заплетать из конской гривы очередную косу. – Ну, значит, когда приедем, я сначала должен буду произнести приветствие. Ольха – это разум, ей надо сказать целую кучу слов. Я их в своей пещере три недели учил. Все время забывал середину. Зато сейчас хоть ночью буди – расскажу без запинки.

— Я же теперь проверю.

— На здоровье. Так вот, если приедем на место до рассвета, я поздороваюсь, но надо будет дождаться первых лучей солнца и вырезать на коре трех зверей.

— Каких зверей?

— Каких скажешь, – отмахнулся Мескер, перебросив накрест рыжую прядку. – Мне, в общем, все равно. Только не медведя. Они вонючки.

— И что?

— Этих зверей я должен буду убить и напитать дерево их кровью.

Нерис поморщилась.

— Звучит не так уж красиво.

— Ты слушай дальше, – продолжал Мескер. – Разведем костер – почти под самой ольхой, я отмечу место заранее, – и звери начнут к нему приходить. Может, все сразу, может, по очереди. Я возьму тех, кого вырежу на коре, а другие потопчутся и потом уйдут. Но ты представь – все вместе, хищники с травоядными, крылатые с копытными, охотники с добычей вокруг одного костра. Как на совете старейшин. Или на свадьбе.

— Или на похоронах.

— Тоже верно, – мрачно подтвердил Мескер. – Их набежит много. Готовься. Им всем будет страшно, но они не смогут не прийти. Наверное, некоторые станут кусаться.

— Можно кусаться в ответ?

— Вряд ли получится. Твое колдовство не сработает. Факел возьми, чтобы не приставали. А мне придется голыми руками.

— Как же ты убьешь трех зверей?

— Горло вспорю стамеской, которая для коры.

— Фу.

— Ну да. Тут красота закончится. Когда земля напьется крови, я ее раскопаю и оторву корень. Буду долго и нудно его выстругивать. Костер должен все время гореть. Как только будет готово, брошу туда амулет. – Мескер вздохнул. – А потом надо будет достать.

Нерис нахмурилась.

— Не голой же рукой.

— Именно что голой. Прямо из огня. Чтобы он обжег и корень, и человека. Ну и… и все.

Мескер умолк, взял три тонких рыжих косы и стал переплетать их между собой. Безропотная кобыла шла себе спокойно вперед. Имбирь, чувствуя смятение всадницы, иногда вскидывал голову и фырчал.

Нерис долго собиралась с духом.

— Как это будет? – наконец осторожно спросила она. – Как ты умрешь?

Мескер перевязал кончик причудливой косы шнурком, выдернутым из рукава, и ответил, не поднимая глаз:

— Этого я не знаю.

Нерис стало тошно от повисшей вокруг тишины. Глупый вопрос и бессмысленный. Разве проще будет, если Мескер опишет свою судьбу в подробностях? Может, он бережет Нерис от того, что ему предстоит. Может, прогонит ее прежде, чем почувствует приближение смерти. Или все произойдет так быстро, что они не успеют попрощаться. Нерис многое хотела бы сказать напоследок, но пока только искала нужные слова.

— Почему именно маззанские мужчины? – вместо этого поинтересовалась она. – В обряде нет ничего, что не могла бы исполнить женщина.