Книга Тамам Шуд, страница 113 – Евгения Ульяничева

Выпь оглядывался, не узнавая лагерь. Сила неведомая перемешала стройные ряды палаток, будто насмехаясь, настроила из них башен; узлом закрутила помосты, воедино слепила оружие. Маска молчала, подсказок не давала. Выпь потянулся, стараясь почувствовать Юга — он всегда его чувствовал, срединной линией. Но что-то мешало, соринкой в глазу.

Досадуя, сдвинул маску на затылок. Потускнело все, зато Третьего он почти сразу же услышал — как за ребро потянули.

С глухим рычанием прыгнул пес, сминая показавшуюся из-под груды палаток тварь. Взвизгнул, брызнул кровью; глухо вскрикнул его хозяин.

— Назад! — крикнул Рин, когда подорвались на выручку другие.

Неведомое показалось целиком, ощерилось. Изогнулось, садясь на задние ноги, громоздясь над группой людей. Составляли его — стало видно под прозрачной, как мутное стекло, эластичной кожей — тела да тленные вещи. Все, что долго под землей да водой хоронилось. Вылезло вдруг, выпросталось.

Выпь диктой удержал Рина.

— Это черемица, — сказал негромко, не сводя глаз со жвал, — тварь собой опасная. Обычно на землю к живым не ходит, падалью побирается. На бранных полях заводится. Эту кто сюда зазвал, не ведаю.

— Справиться как? — Рин дал знак своим рассыпаться, окружить тварь.

Выпь примерялся к памяти. С черемицей не думал столкнуться, тем более с такой вот зрелой особью.

— Огнем закидать можно спробовать, огненным вервием опоясать, — ответил. — На части дробить нельзя, только целиком.

Черемица же, словно подслушав такие речи, качнулась, рушась на воинов. Отскочили, убереглись. Псы зашлись лаем, но без команды не кидались — на броню себе черемица выпустила щепу да ржавое железо, проступало то из кожи, ровно щетина.

— Веревками взять! — крикнул Рин. — Огонь запалить!

— Я отвлеку, — кивнул ему Выпь, — вы вяжите. К земле приколотите.

Спешился, сунулся под самый нос твари, крутанул дикту. Прянула черемица, не дотянулась, только вонью трупяной обдала. Выпь отступил, увлекая за собой. Люди Рина, спорые и дружные, перекидывали друг дружке через тушу промасленные веревки. Быстро смекнули.

Оставалось дело за малым — огонь высечь.

Черемица вдруг повернула голову. Выпь проследил ее взгляд и похолодел. Не успел позвать, запеть; тварь ринулась, как на добычу. Огонь от резкого движения сам вспыхнул.

Тварь накрыла собой Юга, огневея, как летний полдень; завалилась на сторону, сворачиваясь клубом, издыхая. Изошла пеплом.

Выпь голыми руками, не слушая Рина, сшиб ее остатки с Третьего, обмирая, схватил того за плечи…

* * *

Сели друг подле друга.

За стенами палатки командовал Таволга — спойманных Хангаров в оползающих личинах взяли в замок; ждали возвращения старшего. Пока же наводили порядок, приходили в себя.

Юга вдруг беспокойно огляделся.

— Потерял чего? — спросил Выпь устало.

— Да. Труп.

Второй заинтересовался, тоже оглянулся. В палатке их было чисто. Ни крови, ни, тем паче, тел неубранных.

Юга зевнул без звука, как рыба. Взъерошил себе волосы, спрятал лицо в ладонях.

Проговорил устало, отчаянно:

— Было же, было…

— Верю. Раз ты так говоришь, значит, было.

Юга быстро глянул через пальцы сухими блесткими глазами.

— Что случилось там, за стеной? Куда вы ходили?

— Хангары Коромысло нам на дорогу устроили. Хитрые. Умные. Знают много.

— Больше, чем ты?