Книга Фальшивый муж на неделю, страница 18 – Ника Светлова

Марк да­же бро­вью не по­вёл при сло­ве «ак­тё­риш­ка», но я за­ме­ти­ла, как по­бе­ле­ли ко­стяш­ки его паль­цев, сжи­мав­ших под­ло­кот­ник.

— И что Аде­ли­на? — спро­сил он ров­но.

— Аде­ли­на, — ста­ру­ха усмех­ну­лась, — ока­за­лась ум­нее, чем я о ней ду­ма­ла. Она ска­за­ла Вла­ду, что ей всё рав­но. Что ес­ли Ари­на хо­чет иг­рать в эти иг­ры, то пусть иг­ра­ет. Это да­же за­бав­но. А кро­ме то­го, до­ба­ви­ла она, — и вот тут вни­ма­ние, мои до­ро­гие, — ваш ак­тё­риш­ка вы­гля­дит ку­да пре­зен­та­бель­нее, чем её соб­ствен­ный муж. И это её бе­сит.

Я мед­лен­но вы­дох­ну­ла. Это бы­ло не раз­об­ла­че­ние. Это бы­ло... пе­ре­ми­рие? Или да­же неожи­дан­ный ком­пли­мент?

— Зна­чит, Аде­ли­на не ста­нет нас раз­об­ла­чать? — уточ­нил Марк.

— Аде­ли­на — нет, — кив­ну­ла Эми­лия Ль­вов­на. — А вот Влад — дру­гое де­ло. Он за­дет. Силь­но за­дет. И он бу­дет ко­пать.

— Он уже ко­па­ет, — ска­за­ла я мрач­но. — Уз­нал про те­атр, про от­сут­ствие вы­став­ки...

— Это ещё цве­точ­ки, — пе­ре­би­ла ста­ру­ха. — Ягод­ки бу­дут се­го­дня.

— Что вы име­е­те в ви­ду?

Эми­лия Ль­вов­на вы­дер­жа­ла па­у­зу, яв­но на­сла­жда­ясь эф­фек­том.

— Се­год­ня ве­че­ром — бал-мас­ка­рад, — про­из­нес­ла она. — Аде­ли­на обо­жа­ет те­ат­раль­щи­ну. Все го­сти бу­дут в мас­ках. И я узна­ла, что Влад при­гла­сил од­но­го че­ло­ве­ка. Точ­нее, од­ну. Жен­щи­ну. Она при­ез­жа­ет к обе­ду.

У ме­ня внут­ри всё сжа­лось.

— Ко­го?

— Не­кую Ва­ле­рию Со­бо­ле­ву, — ста­ру­ха по­смот­ре­ла на Мар­ка. — Вам это имя о чём-ни­будь го­во­рит?

Ли­цо Мар­ка из­ме­ни­лось. Не силь­но, все­го на мил­ли­метр, все­го на до­лю се­кун­ды. Но я, си­дев­шая ря­дом, уви­де­ла, как дрог­ну­ла его че­люсть, как по­тем­не­ли гла­за.

— Ва­ле­рия, — по­вто­рил он, и его го­лос про­зву­чал глу­хо. — Да. Го­во­рит.

Я пе­ре­во­ди­ла взгляд с него на Эми­лию Ль­вов­ну.

— Кто та­кая Ва­ле­рия Со­бо­ле­ва? — спро­си­ла я, хо­тя уже зна­ла, что от­вет мне не по­нра­вит­ся.

Марк по­вер­нул­ся ко мне. Его ли­цо сно­ва бы­ло непро­ни­ца­е­мым, но гла­за вы­да­ва­ли его с го­ло­вой. Там бы­ла боль. Ста­рая, за­ста­ре­лая, спря­тан­ная глу­бо­ко, но не ис­чез­нув­шая.

— Та, из-за ко­то­рой я не вы­шел на сце­ну Боль­шо­го те­ат­ра семь лет на­зад, — ска­зал он.

Оста­ток дня про­шёл в под­го­тов­ке к ба­лу-мас­ка­ра­ду. Марк по­чти не раз­го­ва­ри­вал, и я не на­ста­и­ва­ла. Я по­ни­ма­ла, ему нуж­но вре­мя, что­бы пе­ре­ва­рить но­вость. Ва­ле­рия Со­бо­ле­ва. Имя зву­ча­ло как на­зва­ние ста­рой ра­ны.

Эми­лия Ль­вов­на, про­ща­ясь, шеп­ну­ла мне:

— Де­воч­ка, будь го­то­ва. Влад при­та­щил её не про­сто так. Он хо­чет уда­рить по тво­е­му ак­тё­ру. Вы­бить его из рав­но­ве­сия, за­ста­вить со­рвать­ся. А со­рвав­ший­ся ак­тёр — это ко­нец спек­так­ля. Дер­жи его креп­че.

Я кив­ну­ла, хо­тя по­ня­тия не име­ла, как удер­жать че­ло­ве­ка, ко­то­рый толь­ко что узнал о при­ез­де жен­щи­ны, раз­ру­шив­шей его жизнь.

Ве­че­ром мы сто­я­ли пе­ред зер­ка­лом в на­шей спальне. Я — в тём­но-зе­лё­ном бар­хат­ном пла­тье с от­кры­ты­ми пле­ча­ми и зо­ло­той по­лу­мас­кой в ви­де ли­стьев. Марк — в чёр­ном ко­стю­ме и про­стой чёр­ной мас­ке без укра­ше­ний. Мы бы­ли кра­си­вой па­рой. Очень кра­си­вой. Но меж­ду на­ми по­вис­ла ти­ши­на, на­тя­ну­тая как стру­на.