Книга Фальшивый муж на неделю, страница 13 – Ника Светлова

— Хо­ро­шо, — ска­за­ла я на­ко­нец, от­во­дя взгляд. — Мы по­зна­ко­ми­лись так. А что даль­ше?

— А даль­ше, — он сно­ва стал де­ло­вым, — мы дру­жи­ли год. Луч­шие дру­зья. Я но­сил те­бе ко­фе, ты по­ка­зы­ва­ла мне свои ри­сун­ки. По­сте­пен­но друж­ба пе­ре­рос­ла в чув­ство. Три ме­ся­ца на­зад я при­знал­ся те­бе в люб­ви, и мы по­же­ни­лись. Без пом­пы, без го­стей. Толь­ко ты, я и твой кот.

— И Гам­лет, — по­пра­ви­ла я.

— Гам­лет — это я, — он изо­гнул бровь. — А кот — это Гам­лет. Вы с ума со­шли оба.

Я неволь­но улыб­ну­лась. Стран­но, но от этой ле­ген­ды мне ста­ло теп­лее, чем от преды­ду­щей. Мо­жет быть, по­то­му что она бы­ла по­чти прав­дой. Кро­ме той ча­сти, где он при­зна­ёт­ся в люб­ви.

— Зна­чит, те­перь мы — луч­шие дру­зья, ко­то­рые ста­ли му­жем и же­ной, — поды­то­жи­ла я. — Зву­чит... убе­ди­тель­но.

— Бо­лее чем, — кив­нул он. — Осо­бен­но ес­ли мы до­ба­вим де­та­лей. Я дол­жен знать о те­бе то, что зна­ет толь­ко близ­кий че­ло­век. А ты обо мне.

— На­при­мер?

— На­при­мер, — он чуть на­кло­нил­ся впе­рёд, и в его се­рых гла­зах за­пля­са­ли ис­кор­ки, — что ты бо­ишь­ся гро­зы. В про­шлом июле, ко­гда бы­ла силь­ная гро­за, ты пол­но­чи си­де­ла на кухне с вклю­чён­ным све­том. Я ви­дел из сво­е­го ок­на.

— Ты под­смат­ри­вал?! — я чуть не по­да­ви­лась ко­фе.

— Кон­ста­ти­ро­вал фак­ты, — невоз­му­ти­мо от­ве­тил он. — Со­сед­ская на­блю­да­тель­ность. А те­перь ты. Рас­ска­жи обо мне что-ни­будь, че­го не зна­ют по­сто­рон­ние.

Я за­ду­ма­лась. Что я во­об­ще зна­ла о Мар­ке Вет­ро­ве? Вор­чун. Ми­зан­троп. Лю­бит джаз. Иг­ра­ет в ка­ком-то ма­лень­ком те­ат­ре. Не­на­ви­дит лю­дей. Лю­бит ко­та.

— Ты ку­ришь, — ска­за­ла я вдруг. — Но ни­кто об этом не зна­ет. Ты вы­хо­дишь на по­жар­ную лест­ни­цу раз в неде­лю, по чет­вер­гам, в один­на­дцать ве­че­ра. У те­бя там при­пря­та­на пач­ка, и ты сто­ишь ров­но семь ми­нут, а по­том воз­вра­ща­ешь­ся. И ещё ты не лю­бишь джаз. Ты слу­ша­ешь его, ко­гда ра­бо­та­ешь, но твоя на­сто­я­щая му­зы­ка — это что-то дру­гое. Что имен­но, я не знаю, но ко­гда ты один, ты вклю­ча­ешь не Май­л­за Дэ­ви­са. Я слы­ша­ла.

Те­перь за­мол­чал он. Смот­рел на ме­ня дол­гим, стран­ным взгля­дом, и в этом взгля­де чи­та­лось что-то но­вое. Удив­ле­ние? Ува­же­ние? Или что-то бо­лее глу­бо­кое, че­му я по­ка не мог­ла по­до­брать имя.

— Шо­пен, — ска­зал он на­ко­нец. — Ко­гда я один, я слу­шаю Шо­пе­на. И бро­саю ку­рить уже три го­да, но раз в неде­лю сры­ва­юсь. По чет­вер­гам.

— По­че­му по чет­вер­гам?

— По­то­му что в чет­верг, семь лет на­зад, я дол­жен был вый­ти на сце­ну Боль­шо­го те­ат­ра. И не вы­шел, — он от­вёл взгляд и по­смот­рел на озе­ро, бле­стев­шее вда­ле­ке. — Это длин­ная ис­то­рия. Мо­жет быть, рас­ска­жу как-ни­будь.

Я кив­ну­ла, не на­ста­и­вая. За два го­да я впер­вые уви­де­ла в его броне тре­щи­ну. И мне за­хо­те­лось узнать, что за ней. Но я по­ни­ма­ла — та­кие ве­щи не спра­ши­ва­ют. Их ждут.

Но­вый план мы ре­ши­ли об­ка­тать за ужи­ном. К сча­стью, Влад и Аде­ли­на с утра уеха­ли на ка­кую-то фо­то­сес­сию в го­род и долж­ны бы­ли вер­нуть­ся толь­ко к ве­че­ру. У нас был це­лый день на ре­пе­ти­цию.

Но ре­пе­ти­ция, как во­дит­ся, по­шла не по сце­на­рию.