Книга Перелом, страница 107 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Грок слушал, не понимая деталей, но чётко улавливая суть: мы выжили и мы стали сильнее.

Брин появился из кузни, вытирая руки от сажи замызганным лоскутом ткани. Лили выглянула из‑за занавески. Кай занял свой обычный угол, скрестив руки на груди. Ульф и Хард, видимо, услышали голоса, потому что их шаги зазвучали в коридоре, и через минуту они вошли.

Я обвёл их взглядом. Мои люди. Мой маленький гарнизон в каменной крепости. Каждый из них пришёл ко мне по‑своему: Кай — через предательство и расчёт, Грок — через поражение и нужду, Брин — через горе и жажду мести, Ульф и Хард — через слепую преданность. Лили — через смерть, страх и зависимость. Стык и Жила — через голод и отчаяние. Мы были разными, и каждый тянул в свою сторону. Но я был тем клеем, который держал нас вместе. И сейчас, с медным значком Корда за пазухой, этот клей стал ощутимо крепче.

Я встал, подошёл к очагу и бросил в огонь щепку. Пламя вспыхнуло, осветив каменные стены склада, лица моих людей, их глаза — насторожённые, усталые, но живые. Я смотрел на них и думал: вот она, моя империя. Не каменные стены, не запасы мыла, не медный значок Корда. Люди. Эти люди, которые собрались вокруг меня не потому, что я сильнее или быстрее, а потому, что я вижу дальше. Я — их глаза, а они — мои руки.

За стенами склада гудел Ствол. Третий уровень жил своей жизнью: где‑то кричали, где‑то дрались, где‑то торговались за горсть стекляшек. Над нами, на втором уровне, Корд сидел в своём зале и пересчитывал монеты. Над ним, на первом, невидимые инженеры и хозяева решали судьбы нижних ярусов, не подозревая, что на самом дне, на старом соляном складе, зарождается нечто, что однажды заставит их спуститься вниз.

Я стоял у огня и смотрел на свои руки. Руки, которые когда‑то держали шариковую ручку, банку лимонада, мобильник и невесть что еще из моего мира, а теперь… нож, бирки и медный значок торгового партнёра. Руки, которые убивали, варили мыло и строили систему.

Сегодня я продал часть своей свободы Корду. Но я также купил нечто большее: время. Время, чтобы сделать свой продукт абсолютно незаменимым. Время, чтобы вплести себя в ткань Ствола так плотно, что вырвать меня будет невозможно без того, чтобы не распустить весь узор. А потом — стать больше. Больше Корда. Больше Торга. Больше всех, кто сейчас смотрел на третий уровень сверху вниз, как на помойку.

Я глянул на Лили, которая молча стояла у очага, и сказал:

— Завтра начинаем новую партию. Нужно сделать белое, с мятой. Так много, чтобы хватило на весь второй уровень.

Утро после сделки с Кордом началось с того, что вода в трубах Роха пошла снова. Я услышал этот булькающий, клокочущий звук, ещё лёжа на жёсткой лежанке, и громкий стук капели в подставленное Лили каменное корыто. Жидкость текла мутная, с рыжим осадком ржавчины, но она текла. А спустя час Брин принёс известие, которое перевесило всё: к Лейне вернулась мука.

Два здоровенных мешка грубого помола притащил её брат, кряхтя и ругаясь на каждом шагу, но он их притащил. Блокада рухнула в одночасье, стоило только Корду дать команду. Медный значок с выгравированными весами и его именем лежал у меня на столе, и от него исходило что-то… пахнущее будущей абсолютной властью.

Я собрал всех в главном зале склада. Грок стоял у входа, возвышаясь над остальными, Кай — как всегда, за моей спиной. Брин переминался с ноги на ногу, вытирая закопчённые руки о замасленный фартук. Ульф и Хард, два моих молодых орма, сидели на ящиках, а Лили стояла у очага, помешивая варево в котле. Стык и Жила жались у стены, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.