Книга Десять писем, страница 86 – Лия Аструм

— Что за планы? – заинтересовалась подруга.

— Мы едем в клуб после этого скучного приёма. Вивиан не помешает размять ноги, а лучше то, что между ними.

Лицо Беатрис удивлённо вытянулось, а я, уже почти привыкшая к его безынтеллектуальным шуткам, спокойно ответила:

— Помню. Но всё равно знай, что ты отвратителен.

— Вы завалили меня комплиментами, дамы, – приложив руку к груди, показушничал Мур.

Начало аукциона задержали. В итоге, эти дополнительные двадцать минут, пока Трис в туалетной комнате поправляла свой идеальный макияж, я потратила на созерцание курящего травку Эвана на заднем дворе особняка. Не уверена, что это законно. Он вальяжно растянулся на шезлонге возле бассейна, будто на дворе лето и, нацепив солнечные очки, не спеша выдыхал дым, стараясь преобразить его в ровные колечки.

Честно говоря, Эван – уникальный человек. С каждым разом узнавая его ещё больше, я могла с полной уверенностью сказать, что он мне нравился. Смотря на него, я видела красивого, успешного мужчину, с прекрасным, пусть и пошловатым чувством юмора, с бешеной энергетикой и сексуальным телом. Его каштановые волосы никогда не знали покоя, а тёплые карие глаза с искорками веселья, смотрящие из-под отросшей чёлки, обладали сильным магнетическим притяжением.  Почему он распалял себя на каждую вторую? Я не понимала. И может, если бы…

«Если бы что, Вивиан?».

Если бы я не была озабоченной дурой, сходящей с ума по своему брату.

«Он тебе не брат!» – психанув, топнула ногой маленькая стерва.

Я вроде не курила травку, что происходит?

— Ты просверлишь во мне дыру, – лениво протянул Эван, отвлекая меня от наркоманских мыслей.

— Докуривай эту хрень быстрее, аукцион вот-вот начнётся.

— Мы ничего интересного не пропустим, – делая ещё одну затяжку, медленно проговорил он. – Гораздо интереснее будет после.

— Я уже решила, с кем разомнусь сегодня. – Я несла откровенный бред, чтобы он уже поднял свой зад.

— Кто этот счастливчик? – мгновенно воодушевился он и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: – Выбор не так уж велик. Ты не бедна, поэтому дряхлые тела нас не интересуют. Маккензи, – задумчиво проговорил он, тыча пальцем в середину идеального дымового кольца. – Пару месяцев назад стал чемпионом мира по боксу. Согласен, звучит возбуждающе, но я болтал с ним пару раз и хочу сказать, что в его голове вакуумная полость. Не уверен, что он сможет запомнить даже твоё имя. Парочка актёров, – как ни в чём ни бывало продолжал рассуждать Мур, будто выбирал себе подружку на ночь, – уверяю тебя, они оба геи. Я еле отбился от одного из них в прошлом году. Думал, придётся ходить к психологу, потому что непорочность моего зада очень греет мою душу, и я не знаю, как жил бы дальше, потеряв её навсегда. И кто у нас остаётся? – разочарованно протянул он, словно тут кроме стариков, тупиц и геев больше никого не было. –  Нейтон, Джеймс и Алекс? Младший Элфорд занят, – продолжал он диалог сам с собой. Неужели травка такая мощная? – Уильямс – пользованный товар. Только дура надевает одни трусы дважды. Ты не дура и не предательница. Детка, – расплылся он в широкой улыбке, будто бы только что разгадал великую тайну мира, – неужели назревает инцест?

Я просто поразилась его убийственной логике, а слово «инцест» противно осело на языке, образуя неприятный ком в горле. У нас нет ни одного общего родственника! Мы не одной крови! Какой, к чёрту, инцест?! Но возможно многие думали, что раз мы росли чуть ли не с пелёнок вместе, то автоматически становимся родными, и какая у кого кровь не так уж и важно. Важно!