Книга Десять писем, страница 63 – Лия Аструм

— Что случилось? – обеспокоенно спросил он, пытаясь поймать мой расфокусированный взгляд.

— Хочу уехать.

— Без проблем, я тоже считаю, что это мероприятие изжило себя, и пора потратить этот вечер на настоящее веселье. Поехали в клуб.

— Наверное, мне лучше поехать домой, – вымученно улыбнулась я.

— У тебя что, температура? – возмутился Мур, прижав свою руку к моему лбу. – Ты бредишь, Вивиан. Я быстро вылечу эту заразу. Ты сейчас стоишь здесь, я иду за Беатрис и Нейтом, и мы едем в клуб. И только попробуй свалить. Я натравлю на тебя Майкла. Хотя нет, я им позвоню, потому что есть ощущение, что угроза не подействовала.

Всю дорогу до клуба Трис с ощутимым беспокойством поглядывала на меня, не решаясь спросить, что же на самом деле меня тревожит. Не знаю, каким образом моему пошлому другу удалось уговорить поехать Нейта, но, видимо, его язык и впрямь творил чудеса, потому что ни разу не улыбнувшийся за весь вечер Нейтон сейчас в голос смеялся над идиотскими историями ни на минуту не умолкающего Эвана.

В клубе мы расположились на втором этаже, и Мур, решив не мелочиться, заказал сразу две бутылки виски.

Спустя пару часов я с трудом могла связать слова в цельное, несущее хоть какой-то смысл предложение. Изрядно выпивший Элфорд вызвал такси и, разбудив спящую на его плече Трис, потащил её на выход, наградив нас на прощание лишь слабым кивком головы.

— Всё, больше нет, – пьяно произнёс Эван, переворачивая бутылку горлом вниз и наглядно демонстрируя мне, что виски и, правда, закончился.

— И слава Богу. – Почему-то Эвана было два.

— Какой у тебя адрес? – еле шевеля языком, спросил он.

— Мы едем к тебе, – заявила я.

— Детка, я в дрова, у меня не встанет.

— Идиот.

* * *

Утром я проснулась в незнакомой квартире. Абсолютно голая. Мозг отчаянно пытался настроиться на работу, но терпел сокрушительное поражение.  Голова болела так, словно изнутри кто-то безостановочно шарахал оголёнными проводами по черепным нервам. Глухо простонав, я села на краю кровати и, свесив с неё ноги, коснулась самыми кончиками пальцев прохладного паркета.

Мне было больно даже смотреть, поэтому прищуренным взглядом я отметила только некоторые детали. Панорамное окно, завешенное тяжёлыми шторами цвета топлёного молока, кровать огромных размеров и замятая вторая подушка, свидетельствующая о том, что я спала здесь не одна. В комнате было две двери, одна из которых вела в ванную, и, не найдя своих вещей, я замоталась в одеяло и направилась сразу ко второй.

Эван стоял ко мне спиной и жадно пил воду прямо из горла бутылки. На всю кухню раздавался запах жареной яичницы с беконом, и он сразу же вызвал у меня приступ тошноты. Я поморщилась от кислого привкуса во рту и безуспешно попыталась проглотить вязкий ком, застрявший в горле.

— Доброе утро, – прохрипела я и не узнала свой голос.

Он обернулся и, скользнув по мне взглядом, ухмыльнулся:

— Вчера ты выглядела лучше.

У меня даже не было сил что-то ответить на его остроумие, поэтому я просто подошла к нему и забрала бутылку с водой. Несколько глотков живительной влаги буквально оживили страдающий организм, а таблетка аспирина, великодушно предложенная мне Эваном, должна была в ближайшее время немного облегчить мои страдания.

Я присела на стул и смотрела, как он с голым торсом, одетый лишь в домашние штаны, умело орудует лопаткой на сковороде. Невольно уставившись на его спину, забитую черными неизвестными иероглифами, у меня мелькнула мысль, что я их уже где-то видела…