Книга Десять писем, страница 60 – Лия Аструм

— Не переживай. – Я успокаивающе сжала её ладонь. – Попробуй ещё раз с ним поговорить, скажи, что волнуешься за него. Если не получится, значит дай ему время. Рано или поздно он сам откроется.

— Думаю, ты права, – вздохнула она. – Я так и … Алекс, привет, – удивлённо протянула подруга, и, обернувшись, я сразу попала под прицел цепкого взгляда выразительных глаз.

— Беатрис, – кивнул он ей в знак приветствия. – Вивиан ненадолго оставит тебя. – И не спросив даже моего согласия, утянул меня в сторону танцующих парочек.

Горячая ладонь обожгла спину, стоило ему только притянуть меня к себе, и он очень уверенно сжал мою руку, начав двигаться в такт играющей композиции. Я пробежала взглядом вдоль линии его подбородка, покрытого лёгкой щетиной и, прикрыв глаза, вдохнула терпкий, присущий только ему мускусный аромат.

— Твоё платье слишком откровенное, – без предисловий начал он.

— Считаю, идеально на мне сидит, – смело парировала я.

— Сидит идеально, но слишком открытое, – настойчиво повторил брат.

— Ну да, паранджа бы тебе приглянулась, но прости, на улицах Манхэттена… – И я резко замолчала, почувствовав, как он большим пальцем руки стал незаметно, едва касаясь, поглаживать кожу чуть ниже лопаток.

— Ты не договорила. Что на улицах Манхэттена? – В его глазах веселье граничило с насмешкой.

— Ничего, – надменно произнесла я и, вздёрнув нос, отвернулась в другую сторону. Поверх моей головы послышался тихий смешок.

— Тебе очень идёт это платье, – раздался интимный шёпот возле самого уха, и предательские мурашки диким табуном пронеслись по всему моему телу.

Повернувшись обратно, я не без интереса посмотрела в красивое лицо с идеальными, будто вылепленными высококлассным скульптором чертами. Мне это напомнило мою поездку в Грецию. Статуя Ахиллеса, возле которой я добрые полчаса вглядывалась в каждую трещинку на алебастровом камне и неподдельно восхищалась талантом художника. Я будто наяву чувствовала всю мощь великого воина и могла только молча наслаждаться неприступной красотой холодного камня, который никогда не ответит взаимностью.

— Я прослушала твою речь, – не придумав ничего лучше, сказала я. – Но, поговаривают, она была сектантской.

Алекс иронично выгнул бровь.

— Майклу трудно угодить, – без труда догадался он, кому принадлежало столь смелое высказывание, и широко улыбнулся, демонстрируя мне милую ямочку на подбородке.

Моя внутренняя стерва, которую уже хотелось придушить, сейчас просто взрывалась от эмоций: томно прикрывала глаза и пикантно облизывалась, уговаривая меня впиться поцелуем в его чувственные губы, а лучше всего – сразу пойти наверх и дать волю всем своим желаниям. Сумасшедшая. Из всей этой клиники, происходящей у меня в голове, я сделала вывод, что от близости Алекса вело круче, чем от Cristal.

— Я всё-таки должна тебя поздравить, – протянула я, умышленно проведя ладонью туда-обратно по его плечу. Он снял пиджак, и только тонкий кусок ткани нагло отбирал у меня возможность потрогать его тело без каких-либо преград.

Его взгляд потяжелел и, где-то на самой глубине чёрного зрачка, что-то вспыхнуло, лихорадочно заблестело и просочилось искренним интересом сквозь цветную радужку.

— Поздравляю, Алекс, ты будешь самым лучшим президентом. Я в тебе не сомневаюсь. – А затем, полностью шокировав его и себя, нежно поцеловала его в щёку.