Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 76 – Ксения Соболева

Вдоль стены, под одной из ниш, лежало что-то маленькое, тёмное. Я присела, осторожно подняла. Сгоревший кусок ленты. Не полностью обугленный - один край сохранил цвет. Тёмно-синий с тонкой серебряной полосой. Я не знала, чей это знак, но форма Лианы таких лент не имела. У младшего круга были простые чёрные или серые завязки, у золотого крыла - алые, золотые, синие, в зависимости от дома и специализации. Серебряная полоса могла означать старший допуск, дежурного, секретаря, помощника магистра. Я завернула ленту в чистый край носового платка и спрятала в карман.

Потом увидела пятна.

Они были у самого края ритуального круга, там, где камень уходил в тень между двумя линиями. Три маленькие засохшие капли, почти чёрные, такие неприметные, что их легко было пропустить, если не искать. Чистящий настой не добрался туда или не смог растворить. Я опустилась на колени, забыв о боли в рёбрах, и посмотрела ближе. Кровь. Я знала это ещё до того, как запах ударил в нос. Старая, засохшая, но кровь.

Чья?

Разум сказал: не трогай. Жди. Найди способ взять образец. Позови Лиор. Позови Тарена. Сделай что угодно, только не прикасайся к неизвестной крови в старом ритуальном зале после того, как твоя собственная кровь треснула чашу. Разум говорил прекрасно. Очень убедительно. Но тело Лианы уже подняло руку. Или моя рука поднялась сама - я не успела различить. Кончик пальца коснулся первой капли.

Мир вспыхнул.

Не светом. Памятью.

Я оказалась не совсем здесь. Пол всё ещё был под коленями, холодный, реальный, но поверх него наложился другой пол - тот же, только залитый красным светом свечей. Чьи-то шаги. Шёпот. Запах сирени и железа. Лиана - прежняя Лиана - стоит у входа в белой ученической рубашке под форменным жилетом, потому что Мира сказала: «Белое тебе идёт, если захочешь выглядеть не так мрачно». Ей страшно. Она держит в руке письмо. Письмо дрожит. В зале никого нет. Потом из тени выходит человек в тёмной форме. Лица не видно. На рукаве - серебряная полоса. Голос говорит: «Вы всё-таки пришли, кадетка Вейр». Это не Каэль. Она понимает это сразу. Делает шаг назад. Дверь за спиной закрывается.

Я отдёрнула руку, хватая воздух ртом.

Комната снова стала пустой, серой и холодной. Сердце бешено билось. Я прижала ладонь к груди, но ожог клейма отозвался болью, и пришлось опустить руку. Видение? Память крови? Остаточный след ритуала? Я не знала. Но теперь сгоревшая лента стала важнее. Серебряная полоса. Человек в тёмной форме. Не Каэль. Или не совсем Каэль? Нет. Прежняя Лиана знала его голос. Даже в страхе знала. Это был не он.

Я снова посмотрела на капли. Нужно было уйти. Немедленно. Но теперь отступить было ещё труднее. Если первая капля показала вход, может быть, другая покажет больше.

— Не будь идиоткой, - прошептала я себе.

Палец коснулся второй капли.

На этот раз удар был сильнее. Красный свет. Голос Миры: «Если ректор действительно хочет помочь, ты не можешь не прийти». Смех Эвелины где-то раньше, в коридоре: «Если боишься, значит, они были правы». Селеста, совсем близко, почти у уха: «На белом кровь виднее, Лиана». Затем ритуальный круг. Лиана стоит в центре, запястья схвачены браслетами. Не теми учебными, что потом оставили следы, а другими - тёмными, с мелкими зубцами света. Она пытается говорить, но горло сжато. На полу дымится розовый флакон, разбитый у края круга. Человек с серебряной полосой что-то произносит. Ещё один голос из темноты - старше, спокойнее: «Не повредите кровь. Девочка нужна живой, пока печать не ответит». Лиана плачет, но не от боли. От того, что понимает: это не розыгрыш.