Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 131 – Ксения Соболева

Он вошёл в палату не один. С ним были двое служителей дисциплинарного крыла и магистр Дейн, преподавательница родовой магии, та самая, у которой на занятии треснула ритуальная чаша. Лиор появилась почти сразу после них, будто у неё был внутренний сторожевой контур на всякую мерзость в пределах лекарского крыла. Она встала у двери, скрестив руки на груди, и посмотрела на Орна так, что воздух между ними стал холоднее любого арденновского заклятия.

— Магистр Орн, - сказала она. - Мои пациенты обычно получают предупреждение перед визитом дисциплинарной комиссии.

— Кадетка Вейр не пациент в полном смысле, - ответил он. - Она находится под временным лекарским наблюдением, не отменяющим её академического статуса и обязанностей.

— У неё треснутое ребро, ожог клейма, следы ограничителей, нестабильный магический фон и после вчерашнего вечера - нервное истощение. В моём крыле этого достаточно, чтобы называться пациентом без вашего разрешения.

— Именно нестабильный магический фон и привёл нас сюда.

Я уже знала, что сейчас произойдёт. Не детально, но телом знала. Иногда угроза появляется в комнате раньше предмета, которым будет нанесена. Один из служителей держал длинный узкий футляр из тёмного дерева, опечатанный красным воском. Футляр был небольшой, почти изящный, но запястья у меня начали болеть ещё до того, как его открыли. Старая память кожи узнала форму раньше глаз. Браслет. Новый. Другой. Может быть, красивее. Может быть, официальнее. Но смысл тот же: круг, который надевают на руку человеку, когда хотят убедить себя, что держат под контролем не его, а опасность.

— Нет, - сказала я.

Орн повернул ко мне лицо с лёгкой, почти удовлетворённой усталостью человека, который заранее ждал именно этого слова.

— Распоряжение уже подписано, кадетка Вейр.

— Кем?

— Ректором академии.

Вот так. Без подготовки. Без смягчения. Без возможности сначала разозлиться на Орна, не затронув Каэля. Ректором академии. Я почувствовала, как внутри что-то неприятно провалилось, но тут же сжалось в более твёрдое. Конечно. Каэль. Хранитель печатей. Единственная действующая защита. Человек, который вывел меня на танец перед Советом, чтобы не дать перехватить в служебном коридоре. Человек, которому я вчера передала доказательство поддельного письма. И теперь - человек, поставивший подпись под новым браслетом.

Лиор резко шагнула вперёд.

— Я не давала заключения о необходимости ограничителя.

— Ваше заключение приобщено, - сказал Орн. - В нём указано: магический фон нестабилен, следы предыдущих ограничителей реагируют на всплески, возможна непредсказуемая родовая реакция.

— В нём также указано: любые ограничители могут ухудшить травму и вызвать болевой шок.

— Поэтому выбран мягкий контур.

Магистр Дейн отвела глаза.

Я посмотрела на неё, и это движение она почувствовала. Её лицо оставалось строгим, но в нём не было прежней уверенности. После треснувшей чаши она боялась меня, но, кажется, ещё больше боялась того, что теперь обязана делать.

— Мягкий контур? - переспросила я. - Как трогательно. Ошейник, но с бархатной подкладкой.

— Следите за речью, - сказал Орн.

— А если не буду?

Он даже не моргнул.

— Браслет поможет и с этим.

Тишина стала такой плотной, что я услышала, как Лиор едва заметно вдохнула.