Книга Печать Забытой Эпохи, страница 16 – Эмбер Скай

— Вот этот, кажись… с крестовой бородкой… — пробормотал он, вставляя покрытый рыжей патиной ключ в замочную скважину.

Металл сопротивлялся. Замок не открывали, судя по всему, добрых полвека.

— Дайте я, — я перехватила холодное кольцо ключа, надавила всем весом плеча, одновременно чуть приподняв замочный корпус вверх, чтобы ослабить давление заржавевшей дужки.

Внутри механизма что-то с сухим, металлическим треском провернулось.

Щелк!

Тяжелая дужка выскочила из паза. Я сняла замок, положила его на каменный выступ стены и с силой толкнула дверь.

С петель сорвались лохмотья паутины и хлопья ржавчины. Дверь со стоном распахнулась, обдав нас запахом ледяного погреба, застоявшейся серы и… странной, едва уловимой озоновой свежести, какая бывает в воздухе перед сильнейшей майской грозой.

— Свечи не брать, только закрытый масляный фонарь, — скомандовала я Арчибальду, забирая у него тяжелый светильник. — Если где-то скопился болотный газ или метан, мы не должны взлететь на воздух. Идите за мной след в след. Если почувствуете головокружение или запах тухлых яиц — немедленно назад.

— Слушаюсь, миледи… — благоговейно прошептал старик, вцепившись в железную кочергу, как в рыцарское копье.

Мы начали спуск.

Первый подземный ярус оказался вполне обычным для средневековых крепостей. Это были хозяйственные погреба: широкие полукруглые своды из грубо отесанного серого известняка, ряды пустых винных стеллажей, огромные врытые в землю глиняные чаны для засолки рыбы, давно высохшие и потрескавшиеся. Здесь было холодно, изо рта шел пар, под ногами хрустели мелкие камешки и сухой мусор.

Я методично осматривала стены, проводя лучом фонаря по стыкам кладки.

— Здесь всё сухо, трещин осадки нет, — вслух анализировала я, отмечая детали в памяти. — Но это поздняя пристройка. Век шестнадцатый, не раньше. Настоящее основание глубже.

В дальнем углу винного погреба темнел еще один арочный проем. Здесь известняк заканчивался.

Едва мы переступили невидимую границу, температура воздуха резко изменилась. Парадокс: вместо того чтобы стать еще холоднее, воздух стал… суше и теплее.

Ступени под нашими ногами изменились. Это был не пористый известняк, а монолитный, иссиня-черный базальт. Причем обработанный с такой дьявольской, пугающей точностью, какой на Земле можно было добиться только на высокоточных пятикоординатных станках с лазерным контролем.

Ступени были идеально ровными, с легкой шероховатостью против скольжения, а швы между гигантскими блоками стен отсутствовали вовсе. Камни словно сплавились друг с другом на молекулярном уровне.

— Господи помилуй… — Арчибальд судорожно перекрестился, озираясь по сторонам. — Стены-то… как зеркало литые. Кто ж такое сработать мог? Ни одного следа от зубила…

— Древние Архитекторы, Арчи, — пробормотала я, проводя пальцами по гладкой, шелковистой поверхности черного камня.

Мое сердце колотилось где-то в горле. Как профессионал, я смотрела на эту кладку с дикой смесью восторга и профессионального шока. Это было не фэнтези. Это был триумф инженерной мысли неизвестной, невероятно развитой цивилизации.

Коридор вел вниз под углом ровно в пятнадцать градусов. На стенах через каждые десять метров виднелись круглые углубления размером с блюдце, внутри которых тускло мерцали мутные шестигранные кристаллы, покрытые тонким слоем пыли.