Книга Глубже моря любви, страница 236 – Макс Линн

Не думал, что Михаэла не узнает меня. Не ожидал, что Мишка совсем не интересовалась в социальных сетях моими новостями. Даже как-то обидно стало.

Я же искал её повсюду. Иногда звонил Жилке. Выспрашивал. Рыжая подруга каждый раз уверяла, что не проболтается Мишке о нашем разговоре, а я не забывал в очередной раз пригласить её на виллу на Паг.

Она приезжала с ребёнком и новым мужем Адамом. С ним у меня сразу завязалось нормальное общение. Не сравнить с той натянутостью, что ощущалась с несущим себя высоко и неприступно Крыстофом.

Мы говорили с Жилкой, вспоминали прошлые счастливые летние посиделки здесь, на вилле, где в названии с «TOMI» есть слог «MI», означающий хозяйку. Теперь бывшую.

Выкованная надпись большими буквами так и осталась висеть со стороны пляжа, поскрипывать и ржаветь на солёном ветру: «Villa TOMI».

Кому какое дело, что моя «MI» давно бросила и этот рай с почти вечным летом, и наш остров посреди моря любви, пристав к чужому берегу, сказав слова любви другому мужчине.

Бахрам похож на маму лицом. В остальном, предполагаю, на своего иранского папу.

Но малыш не виноват ни в чём. Я постарался сразу наладить с ним контакт. Оказалось несложно. Мой главный симпатичный козырь очень кстати вилял на переднем сиденье хвостом, чем и помог получить первые выигрышные пункты!

Морка — это чудо. Даже в той ситуации меня поддержала, сама не понимая, как много она делает! Мишка почти не изменилась. После родов не растолстела. Не обабилась. Та же девчачья стать. Хотя и с новой беременностью.

Что поделать с собой?

С сердцем, застучавшим так громко и радостно, что я его услышал и смутился, если его бешеный ритм уловит и Мишка.

Но сдерживать внутреннее состояние ни сил, ни желания уже не осталось.

Душу распахнул и сгрёб мою бывшую любимую, прижал к груди. Как когда-то. Давно-давно.

Потом мы поехали. Я посматривал в зеркало заднего вида на неё — то спящую, умиротворённую и красивую, что не наглядеться, то что-то объясняющую негромко на непонятном мне фарси своему малёхе.

Пытаясь сконцентрироваться на дороге, я то и дело отгонял мысленно запоздалые вопросы: «Почему так? Если бы я не стратил по мелочевке. Незначительно. Если бы ты не ушла тогда… Этот малыш мог бы быть нашим с тобой сыном».

Уже проехав Грац, я ощутил напряжение, заметил взгляды Михаэлы по сторонам.

— Что случилось?

— Ты не видишь? Вон та машина постоянно встречается после того, как мы въехали в Австрию. Номера, кстати, чешские. Неужели нас всё-таки пасли и теперь ведут до Хорватии?

— Успокойся. Вон тот «Вольво», впереди справа, с венгерскими номерами, я обгоняю пятый или шестой раз. То он нас, то мы его. Это простое совпадение.

— Но тачка из Чехии!

— Не выдумывай проблему на ровном месте. Когда я подъехал к отелю в Брно, то сначала проверил обстановку. Ничего подозрительного не нарыл. Мишико, ты зря взрываешь себе и мне мозг. После тоже — тишина. Я смотрел, уезжая из города. Никаких хвостов не приметил...

Успокоить-то я её чуть-чуть смог. Но у самого засосало под ложечкой и растеклось в сознании сомнение — мерзким страхом-подозрением.

Где взять грёбаные гарантии, как убедить себя, что мельтешащая будто специально «Шкода» цвета «металлик» — не очередная подстава для словачки?

Она тысячу раз права со своей самокритикой. Не женщина, а ходячая ловушка для трындецов. Тыц-пыц, готово! Мля, на раз, находит! Причем, с переменным успехом. То Михаэла их. То они её. А потом — по полной программе и без снисхождения. Так и норовят её накрыть с головой...