Онлайн книга «Глубже моря любви»
|
Ехал и думал обо всём этом. Перебирал, тасовал карты-мысли, козыри-воспоминания. И снова убеждался в незыблемом. Голову-то мне никто не сносил и не стирал в ней память о пережитых хороших — по-настоящему счастливых совместных моментах. Отдельным от всех, как придуманное обозначение «козырь-воспоминание», маячит Мишкино спонтанное появление здесь — на Пагу, когда я чуть не умер от огнестрела… Поэтому сложил все огромные «за», заткнул остальные мелкие сошки «против», расширяя глаза в ночной темноте, чтобы не заснуть за рулём, мчусь к ней, вдавливая педаль газа… Отцу так и не позвонил. Мне небезразлично его давление, скачущее от любой помехи нашему спокойному островному быту. Стариковское здоровье, как погода на море, — переменчиво. За восемьдесят ведь уже. Мне надо будет теперь уживаться как-то с ними обоими. Ведь тата обидится, может быть, даже не простит мне спонтанное решение привезти его бывшую невестку с малышом от иранца на виллу… Как найти терпение и силы у себя внутри, спокойно объяснить своему родному старику, почему именно я должен был кинуться спасать мою бывшую жену — сумасшедшую словачку? А теперь супругу богатого иранского олигарха, вдруг попавшего в передряги и оказавшегося в бегах. Как вообще этот тип мог на произвол судьбы отправить своих сына с женой за границу? Не понимаю я менталитет и пришибленность мозгов у этих восточных мужиков. Сам, значит, спасается, а Мишку послал подальше — лесом и буквами?! Мора, до этого свернувшаяся на одеяле рядом — на пассажирском сиденье, — вдруг залаяла. На меня! И я опешил. Услышал самого себя, ругающегося в машине матом вслух. — Морица, прости. Но ты тоже хороша. Слышишь, что я разошёлся не по-детски? Накрыла бы лапами свои лохматые ухени. Забыл тебя предупредить. Но зато не забуду сейчас повторить в триллионистый раз: «Я тебя люблю, девочка!» Извинившись перед ши-тцу, чуть отпустил от моей злости педаль газа, сбавляя скорость, и замолк. Потом протянул к Море правую руку и погладил её по мягкой шёрстке. — Ты правильно меня осадила. Бухчу, как подорванный. А всё из-за Мишки. Ты же знаешь, какая она. Спи! Ещё долго… Тебе тоже предстоит нежданная встреча. Собака лизнула пару раз мои пальцы, наверное, прощая, и снова прикрыла глаза. Замелькали фонари освещения очередного многокилометрового тоннеля в Австрии. Увидел указатель — напоминание о скоростном режиме — и полностью сконцентрировался на дороге. Уже спокойнее пытался представить картинку нашей встречи. Что скажу я. Что ответит она. Но, блин! Хотелось как лучше. Случилось как всегда! Ничего нельзя с этой неисправимой словачкой предугадать! Я чуть не выдал парочку крепких слов вместо «bok!». Я же не знал о её положении. Она вышла… (я вытаращился невольно) — с пузиком! Такая обалденная и даже чуть одухотворённая изнутри, похожая на Святую Мадонну. Ну, очень беременная! А её сын, ни фига не понимающий по-хорватски, только взглянул на меня скопированными, наверное, у иранца-папаши бездонными синими глазами, и я сдулся. Схлопнулся со своими заблаговременными заготовками. Как посмотрю. Как подкину комплимент. Как подпущу иронии — подъёбки, чтобы не расслаблялась. А, ни фига! Все проиграно без "боя". И сын Михаэлы — самый главный победитель! Будто это не чужой ребёнок, а мой родной. |