Книга Ошибка в титрах, страница 35 – Ася Моро

Кроули медленно подошел к ним и молча обнял обоих по очереди. Это было равносильно получению «Оскара».

Вечером того же дня вся компания собралась в том самом баре на Сансет-Стрип. Дилан заказал бутылку дорогого виски.

— За возвращение блудного сына! — провозгласил он тост. — И за самую терпеливую жену в мире.

Все рассмеялись и подняли бокалы.

В разгар веселья у Дилана зазвонил телефон. Он взглянул на экран, и его лицо расплылось в широченной улыбке.

— Лизка! — воскликнул он так громко, что музыка на мгновение стала тише. — Как ты там, моя зеленоглазая?

Он вышел на улицу, чтобы поговорить без шума. Вернулся он через пять минут с совершенно другим выражением лица — счастливым и немного растерянным.

— Ну? — Трейси ткнула его локтем в бок. — Что она сказала?

Дилан откинулся на спинку дивана и мечтательно уставился в потолок:

— Она сказала «да».

— Да? На что? — не понял Адам.

Дилан посмотрел на него как на идиота:

— На все! На свидание! На жизнь! На то, что я самый неотразимый мужчина на планете!

Трейси закатила глаза:

— Ну конечно. А она случайно не сказала, что ты редкостный придурок?

Дилан лишь загадочно улыбнулся и снова набрал номер.

— Я перезвоню тебе через час, детка. У меня тут важное дело... Да-да, я тоже скучаю.

Он положил телефон экраном вверх на стол.

— Она прилетает через неделю. На пару дней. У нее какие-то дела с модным показом.

Анна сжала руку Николаса под столом. История закольцовывалась. Они все нашли то, что искали: любовь, дружбу, свое место в мире.

Но пока они праздновали победу, в тени соседней улицы стоял черный автомобиль с тонированными стеклами. Из окна за ними наблюдал Себастьян Гарсия. Его лицо было холодным и непроницаемым, как камень.

Война не была окончена. Она лишь перешла в новую фазу. И следующий удар должен был стать решающим.

Лос-Анджелес плавился от жары, но в номере-люкс отеля «Шато Мармон» царила своя, особая атмосфера. Воздух был густым, пропитанным ароматом дорогого парфюма, шампанского «Дом Периньон» и чего-то еще — первобытного, животного, что возникает между двумя людьми, когда притяжение становится невыносимым.

Лиза стояла у панорамного окна, глядя на огни Голливуда, раскинувшегося внизу. Она выглядела сногсшибательно в простом черном платье-футляре, которое, однако, подчеркивало каждый изгиб ее фигуры. Дилан смотрел на нее, прислонившись плечом к дверному косяку спальни. На нем были только темные брюки и расстегнутая на груди белая рубашка. В его изумрудных глазах плясали опасные огоньки.

— Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, — его голос был низким, с хрипотцой. Он оттолкнулся от косяка и медленно, словно хищник, начал приближаться к ней.

Лиза не обернулась. Она чувствовала его приближение каждой клеточкой кожи. По спине пробежал холодок предвкушения.

— Ты же говорил, что не любишь долгие прелюдии, — ее голос слегка дрожал.

Дилан остановился прямо за ней. Она ощущала жар его тела, хотя он даже не касался ее.

— С другими — не люблю. С тобой... — он провел носом по ее шее, вдыхая аромат ее волос. — С тобой я хочу насладиться каждым моментом. Я хочу запомнить вкус твоей кожи.

Он положил ладони ей на плечи и медленно спустил тонкие бретельки платья. Ткань с тихим шелестом упала к ее ногам, оставив ее в одном лишь кружевном белье. Дилан шумно выдохнул.