Книга Пирожки со вкусом преступления, страница 57 – Селия Брук

Девушка улыбнулась и пропела:

— Ну и кто это у нас тут такой? И как это мы себя чувствуем?

Рафферти видел собеседницу немного размыто, но все же разглядел белый форменный халат, на котором кокетливо были расстегнуты две верхние пуговицы. Он уставился на эти пуговицы, сам того не желая. Похоже, мозг в панике пытался хоть на чем-то сосредоточиться. Все, что происходило, напоминало пробуждение после глубокого и тяжелого затяжного сна. Может, он действительно просто долго спал?

Девушка между тем на секунду пропала из поля зрения Рафферти, а вернувшись, посветила ему в глаза маленьким фонариком, поводя из одной стороны в другую.

«Медсестра, – наконец сообразил Рафферти. – Я в больнице! Что же произошло?»

Между тем сестра наклонилась ближе, чтобы поправить подголовник больничной кровати, и длинный нос Рафферти оказался буквально в вырезе ее халата. Критик покраснел и буквально в ту же секунду почувствовал, что головная боль, появившаяся раньше из-за упорных размышлений, не только никуда не пропала, но усилилась и концентрируется в области затылка.

— Как вы себя чувствуете? – спросила медсестра. – Можете говорить?

Рафферти открыл рот, но оттуда вырвались нечленораздельные звуки. Господь всемогущий, он что, разучился говорить?

— Попробуйте еще раз, – улыбнулась девушка, – у вас получится. Ну? Давайте. Хорошо или плохо?

Рафферти напряг все силы и невнятно прожевал:

— Гоооа олит.

— Голова болит? – переспросила медсестра.

Рафферти кивнул.

— Это объяснимо, – непонятно сказала девушка, – сейчас придете в себя окончательно и сможете нормально говорить. Вы в больнице Сент-Джеймс, все хорошо, только не волнуйтесь.

«Приду в себя? – пронеслось в голове несчастного. – После чего?»

Ох, как раскалывается затылок! И почему так страшно хочется пить?

— Сейчас позову вам врача, – успокоила его девушка и снова исчезла.

Рафферти, который стараниями медсестры принял уже более вертикальное положение, огляделся. Вид за окном был ему незнаком. Интересно, что это за крыши виднеются среди приглушенной зелени деревьев? С улицы долетал рев моторов проезжающих машин и смех играющих детей. В палате, кроме него, никого не было. Рафферти повернул голову, пытаясь рассмотреть помещение, и едва не взвыл – боль острой иглой прошила его затылок как автоматной очередью.

— Черт!

В эту секунду дверь распахнулась, и вошел врач. За ним на цыпочках семенила уже знакомая больному медсестра. Врач был средних лет, с узкой бородкой клинышком и уставшим взглядом. Рафферти почувствовал странный укол вины: вдруг это из-за него врач не спит ночами и выглядит таким утомленным?

На самом деле доктор Гриффин накануне отлично погулял на мальчишнике своего лучшего друга и теперь мечтал оказаться на месте своего пациента – в больничной одежде, чистой палате и с возможностью спать три четверти суток. Тем не менее, будучи профессионалом своего дела, он не подал виду, что от недосыпа еле стоит на ногах, и деловито осведомился у Рафферти:

— Как вы себя чувствуете?

— Орошо, но олова бо… лит, – выговорил больной и сам себе улыбнулся – на этот раз фразы у него получились гораздо четче. Доктор кивнул, удовлетворенный ответом, и принялся за осмотр.

— Что ж, неплохо-неплохо, – бормотал он, прикладывая стетоскоп к впалой бледной груди критика.