Онлайн книга «Миссия в Неаполе»
|
— Договорились. Я буду. II «Кафе Беллини» дышало изысканным и праздным оживлением, ценившимся у светской публики. Его фасад, обращённый на площадь Мучеников со строгим и печальным монументом, сиял зеркальными стёклами. В этих витринах весело отражалась пёстрая городская суета: лакированные крылья пролетающих экипажей, яркие шёлковые парасоли прогуливающихся дам и начищенные сабли марширующих мимо гвардейцев. Ардашев вошёл, и его тотчас окутал тёплый, волнующий гул, заставивший Клима на мгновение забыть, что он в Италии. Заведение скорее напоминало знаменитое «Кафе де ла Пэ» на парижском бульваре Капуцинок. Здесь господствовала атмосфера лёгкого флирта. Слышался шорох накрахмаленных юбок, мягкий звон хрусталя и тот непринуждённый женский смех, который рождается лишь от удачного комплимента. Кавалеры, склонясь над чашками, искали благосклонных взглядов своих спутниц, а те игриво обмахивались веерами — и эта изящная, изнеженная нега разительно отличалась от шумного, крикливого и вечно бурлящего Неаполя, оставшегося за порогом. У лестницы на второй этаж его уже поджидал бледный Доменико. Он нервно теребил котелок. — Месье, он уже там, — прошептал секретарь, — и в ужасном настроении. Я боюсь… — Бояться уже поздно, — перебил его Ардашев. — Ведите. Они взошли по скрипучим ступенькам и оказались в узком коридоре. Доменико робко постучал в ближайшую дверь. — Avanti![60] — раздался резкий голос Ринальди. Кабинет оказался небольшой комнатой с одним окном, смотревшим в тихий внутренний двор. В центре — круглый стол, накрытый белоснежной скатертью. Марко Ринальди мерил нервными шагами небольшое пространство, заложив руки за спину. Увидев Ардашева, он остановился. Его обычно холёное, самодовольное лицо исказилось от гнева. — Месье Ардашефф, — начал Ринальди без предисловий, и его тон был твёрд и агрессивен. — Я потребовал этой встречи, потому что моё терпение иссякло. Вы ведёте себя не только беспардонно, но и безрассудно. Я знаю, что вы не просто гость контессы, вы сотрудничаете с полицией. И я знаю, что после обнаружения этой… копии… подозрения вновь пали на меня. Графиня недвусмысленно дала мне это понять, её намёки стали невыносимы. Ардашев, сняв котелок и перчатки, положил их на скатерть, после чего опустился на стул. Он взглянул на собеседника и осведомился: — Почему вы так считаете, синьор? Следствие, как правило, рассматривает все гипотезы. — Потому что я антиквар! — выкрикнул Ринальди, и Доменико вздрогнул, переводя его слова. — Я — единственный из всего окружения графа, кто мог бы заказать такую искусную подделку! Это слишком очевидно! Но я не идиот. Если бы я замышлял расправу и подмену, я бы никогда не использовал кинжалы, подаренные мною хозяину палаццо! Это же прямая и нелепая улика! — Или, наоборот, это идеальное алиби, — парировал Ардашев, и его тихий голос прозвучал в напряжённом молчании, как удар хлыста. — Настолько явная зацепка, что в неё никто не должен поверить. Это называется «двойной блеф» — излюбленный приём игроков в баккара. Ринальди содрогнулся, и его лицо утратило напускную уверенность. Он тяжело опустился на стул и возмутился: — Послушайте, это абсурд! У покойного были враги посерьёзнее меня! Этот художник, Вьери! Он очень подозрительный тип! Что он вечно ошивается в палаццо? Что ему там нужно? Почему полиция не займётся им? Граф с ним ссорился пару раз. Я это точно знаю! |