Книга Миссия в Неаполе, страница 1 – Иван Любенко

27 марта 1895 г.

I

Под высокими сводами вокзала Ниццы эхом разносились гудки поездов, крики газетчиков и свистки кондукторов. Профессор Ленц, Вероника и Клим стояли на перроне, вглядываясь вдаль, откуда с минуты на минуту должен был вынырнуть состав. Рядом почтительно переминался с ноги на ногу усатый носильщик, опираясь на деревянную тележку с тяжёлыми кожаными чемоданами.

Наконец показался чёрный силуэт локомотива. Выпуская густые клубы белого пара и оглушительно шипя тормозами, поезд медленно подкатил к платформе. Клим принялся внимательно выискивать глазами вагон первого класса. Заметив нужную табличку, он собирался кивнуть служителю и уже обернулся к Веронике, чтобы предложить ей руку, как вдруг сквозь снующую толпу пассажиров к ним стремительно пробился запыхавшийся молодой человек в знакомом ведомственном сюртуке. Ардашев мгновенно узнал в нём второго секретаря российского консульства, с которым ещё вчера имел беседу.

Остановившись и едва переводя дух, коллега протянул запечатанный конверт.

— Клим Пантелеевич! — воскликнул он. — Слава богу, успел! Вам срочная телеграмма из столицы…^[1]

Ардашев принял конверт, разорвал его и прочёл ленту, наклеенную на телеграфный бланк. Строчки, набранные казённым шрифтом, резали глаз сухостью начальственного тона: «Немедленно выезжайте в Неаполь. Все детали узнаете у консула на месте. Клосен-Смит».

Он прочёл второй раз и убрал депешу во внутренний карман.

— Что-то случилось? — дрожащим голосом спросила Вероника.

— Меня посылают в Неаполь.

Профессор сердито выговорил:

— В Неаполь? Сейчас? Но ведь… — он глянул на стоящий у платформы состав, — мы выезжаем в Петербург.

— Вы — да, я, получается, — нет. Ничего не поделаешь — служба, — сокрушённо пожал плечами Ардашев.

На секунду все трое застыли в молчании, глядя на стоящий под парами поезд.

— Я посажу вас в купе, — вымолвил Клим и, сняв свой чемодан с тележки, пояснил носильщику, что остаётся. Тот лишь кивнул в ответ.

Кондуктор проверил билеты. Багаж Ленцев исчез в недрах вагона первого класса. Альберт Карлович поднялся по ступенькам.

Вероника задержалась.

— Значит… Неаполь, — тихо сказала она.

— Да, — выдохнул он.

— Береги себя, милый.

Он кивнул.

— Пиши мне.

— Куда? Я не знаю адреса.

— Королевство Италия, Неаполь, консульство Российской империи, Ардашеву.

— Хорошо. Ты надолго?

— Не знаю. Но как вернусь в Петербург, сразу же найду тебя.

— Ты не забыл наш адрес?

— Почтамтская, двенадцать. В десяти минутах ходьбы от меня.

— Второй этаж.

— Конечно, второй, — улыбнулся Клим, — семикомнатные квартиры обычно на втором.

Ардашев взял Веронику за руку, поднёс ладонь к губам и поцеловал.

— Я люблю тебя, — тихо вымолвил он.

— Я тоже, — шёпотом проговорила она, и в её глазах заблестели хрусталики слёз.

— Обязательно пиши мне. Слышишь?

— Буду отсылать письма на каждой станции.

— Вот и хорошо.

— Ой, — спохватилась она, — я не купила ни конверты, ни открытые письма.

— Они есть у кондуктора.

— Да, точно. Я забыла.

— Посадка заканчивается. Я провожу тебя в купе.

— Нет-нет, ты уже не успеешь вернуться. Поезд тронется. Я пойду.

— Счастливой дороги, милая!

— Я буду ждать тебя.

Вероника поднялась в вагон. За окном купе мелькнула её шляпка, затем лицо — уже отстранённое, уже «в дороге». Профессор что-то говорил ей, и она отвечала, не отрывая взгляда от платформы.