Книга Портлендские будни, страница 43 – Ася Хоутен

— Тише, Надя. Здесь нужно хладнокровие. Почему он уверен, что мы знаем, где искать?

— Нужна достопримечательность и место, связанное с ней. Домашний адрес, туристические места поблизости, последние посты. Где-то должна быть зацепка!

Увидев Надю в Портленде, Ричард подумал, что потерял свою искру и музу. Слишком серьëзная и холодная, как кусок гранитной плиты. Но нет, всë не так. Еë страсть не исчезла за три года, просто обрела форму одержимостью работой. Еë голос звенел в ушах, когда Надя широким шагом мерила комнату для совещаний, то отдавая приказы Стиву, то пререкаясь с усатым детективом, то хватаясь за распечатки списков мальчишки-информатора. Он вспоминал прикосновения и еë чувственные губы, особую фотосессию в плотной вуали. Надя смешно упиралась, но в конце концов уступила ему. Как всегда. Ни одна женщина не могла отказать ему, даже если сначала пыталась.

— Ричи, мать твою! – раздражëнное лицо Нади появилось прямо перед ним. Она звала уже не в первый раз.

— Что?

— Письмо проверь. Ты же хвастался, что знаешь графологию. Детектив, идëм в еë агентство. Стив, проверь профиль и оставайся на связи.

Она вылетела наружу, на ходу надевая пальто. Ричард взялся за копию письма – эксперты забрали оригинал для снятия отпечатков – и внимательно осмотрел его. Россыпь тëмных пятен на бумаге, прямые буквы с аккуратными завитушками и сердечками над каждой «а». Почерк близкий к женскому, как он сразу подумал, но… Слишком прямые буквы, такие обычно встречались у мужчин.

— Как она предполагает проводить экспертизу без образцов почерка? – Ричард потëр лоб ладонью.

— У неë в «Твиттере» есть фото письма. Она пишет, что тренировалась в каллиграфии, но быстро бросила это дело.

— Скинь скрин на почту.

Ричард присмотрелся к образцу и копии письма, сравнивая буквы. Те же завитушки и украшения, но Ясмин писала без нажима и с лëгким наклоном вправо. Отправитель письма так давил на ручку, что почти рвал бумагу. Ричард прикрыл глаза, вспоминая строчку про «возможно, уже поздно». Возможно, они не пытались спасти жизнь шестой женщины. Просто искали труп.

НОЭЛЬ

В агентстве пошли навстречу и дали адрес. Одна из сотрудниц дружила с Ясмин и, услышав про опасность, решилась на небольшое нарушение.

Ясмин жила в одноэтажном доме на Каписик-стрит. Белый сайдинг, коричневая кровля, простенькая белая дверь. Всё как в десятке других случаев. Дверь не открылась после стука, внутри стояла тишина.

— Гляньте туда, агент. – Детектив Хайд тронул еë за руку и кивком указал на дом напротив. В узком окне мелькнула фигура и тут же опустились жалюзи.

— Кажется, нас ждëт весëлый разговор.

Вмешиваться в чужую личную жизнь было не принято среди цивилизованных жителей США, но некоторые соседи относились к происходящему в чужих домах как к добротному реалити-шоу. В Бостоне такая же любопытная дама приучила Ноэль прятаться за жалюзи и лишний раз не открывать рот.

После стука дверь приоткрылась на цепочке. В щель выглянула сухонькая женщина с глубокими морщинами на лице и большой родинкой на кончике носа. Седые волосы падали на бесцветные лихорадочно блестевшие глаза.

— Вы кто?

— Добрый день, мэм. Агент Винтер, ФБР.

— Детектив Хайд, полиция Портленда.

Старушка через щель изучила изучила документы, разве что не понюхала, и только после сняла цепочку, с громким скрипом открыв дверь.