Книга Ещё не люди, страница 76 – Михаил Булыух, Михаил Тут

Один молодой чужак в очередной раз бросился вперед и на этот раз не остановился. Наш подросток тоже сорвался с места, они столкнулись, схватились, и взрослые с обеих сторон почти одновременно рванули к ним.

Долгая демонстрация превратилась в короткую беспорядочную свалку. Кто-то кусал, кто-то цеплялся за шерсть, двое прокатились по песку. Горлан сцепился с крупным противником и почти сразу лишился палки. Один чужак попытался обойти основную драку сбоку и оказался передо мной; я ткнул его в грудь, он отшатнулся, снова бросился вперед и получил удар Полоски с другой стороны.

Молодой рядом размахнулся настолько широко, что едва не попал по своему. У другого ветку вырвали из рук. Горлан уже вовсю работал зубами и руками. Там же, где палки оставались в руках, чужакам приходилось останавливаться раньше, ловить удар или пытаться схватить древесину прежде, чем удавалось добраться до тела.

Один взрослый из чужой группы первым отступил от свалки. Второй последовал за ним после короткой погони, затем начали отходить остальные. Наши преследовали их вдоль русла несколько десятков метров, пока светлые спины не скрылись среди деревьев, и только тогда вернулись к воде.

Полоска сидела возле одной из ям и прижимала прокушенную кисть к груди. Один молодой сильно хромал, у взрослого кожа на плече была разорвана до крови. Чужаки тоже оставили на песке несколько кровавых капель.

Прошло еще несколько сухих сезонов.

Мать стала заметно медленнее и однажды не вернулась после того, как осталась отдыхать в знакомой полосе деревьев. Мы нашли ее только на следующий день, уже холодную. Полоска к тому времени сама ходила с подросшим детенышем и больше не бросалась вперед так быстро, как в молодости. Горлан потерял часть зуба в какой-то драке и теперь кричал с немного перекошенной губой, что ничуть не уменьшило его энтузиазма.

Светлошерстную группу я увидел снова возле маленькой грязной лужи.

Несколько знакомых взрослых еще были там, но часть исчезла, а среди молодых появились те, кого я прежде не видел. Они пили по очереди и отдыхали в тени. Метрах в двадцати под старым берегом лежал темный песок, в котором я давно начал бы копать, однако за весь день никто туда не подошел с палкой.

В моей группе подсказки уже почти никому не требовались. Полоска выбирала места сама, молодые приходили к руслу с ветками, иногда начинали работать раньше, чем я успевал решить, где лучше рыть. В следующие недели я несколько раз возвращался к соседям и каждый раз видел то же самое: открытая вода была для них водой, сухой песок оставался просто песком.

За прежние жизни я столько раз менял группы, что порядок действий давно не требовал особых размышлений. Иногда нового взрослого через несколько дней уже терпели рядом, иногда гоняли неделями, а несколько особенно неудачных знакомств закончились моей смертью. Я знал, что первые дни лучше не лезть к малышам, не спорить за кормовое дерево и вовремя отходить, если крупный взрослый начинает распушаться и сокращать расстояние.

В начале следующего сухого сезона соседи снова прошли неподалеку, и я двинулся за ними.

Контактные крики прежней родни еще долго звучали сзади. Полоска ответила дважды, Горлана было слышно дальше всех, но к вечеру расстояние стало слишком большим и голоса стихли.