Книга От куртизанки до принцессы, страница 57 – Айрин Валери

— Нет, Франц. Это как раз и значит, что ничего не может быть. Ведь когда между мужчиной и женщиной что-то есть — это можно развить, усилить. А если этого нет…

— Можно начать, — перебил он.

— Что начинать, если нет ничего? — терпеливо спросила она.

Франц смотрел серьёзно. Он осмысливал её слова. Но Лаури видела: он всё понял.

Не потому что она его оттолкнула. А потому-что понял разницу. Она не говорила «нет». Она говорила «этого просто не существует». У неё к нему ничего нет. И без разницы есть ли у неё чувства к брату, их нет к нему. И это самое главное.

— Ладно, — сказал Франц, и его голос прозвучал глухо.

В этот момент дверь в кабинет открылась и в неё вошел Вильгельм. На нем была белая рубашка, запачканная в крови, волосы растрепаны. Он явно шел к Францу и хотел, с ним о чем-то поговорить.

У видев перед собой брата и его невесту. Он замер в дверях.

Лаури выпрямилась. На лице появился предательский румянец.

— Я не вовремя? — спрсильл Вильям.

— Нет, — ответила Лауриетта. — Вы появились в нужный момент. Она посмотрела ему прямо в глаза. И Вильям почувствовал, как его лицо коснулся предательский румянец. От чего ему стало стыдно.

Франц, наблюдая немую картину. Понял, что зря спрашивал Лауриетту есть ли между ними с Вильямом, что-то. Ему просто стоило, быть внимательнее. Он шумно выдохнул, прервав их минуту смущения.

— О, чем ты хотела поговорить? — он перешёл на «ты», словно после такого разговора формальности стали смешны.

— Я знаю, когда будет нападение на Лангрию, — произнесла девушка, сделав паузу. Затем добавила: — В самый уязвимый для короны момент. Пока королевство будет держать траур...пока не назначили нового правителя…

Лауриетта посмотрела пристальным взглядом на Вильгельма и Франца: — Удар будет по наследникам, когда те еще не укрепятся во власти.

— Значит, времени у нас мало, — заключил Франц, сжимая кулаки. — Как только отец умрёт, они ударят. А мы… мы не готовы.

— Значит, пока отец ещё жив, мы объявим военное положение, — твёрдо сказал Вильям. — Укрепим все слабые рубежи, соберём гарнизоны, займём стратегические позиции. Приказ будет отдан от имени короля — и даже после его смерти он останется в силе. Пока я не вступлю на престол, армия будет держать оборону.

В кабинет ворвался Гастон без стука — и остановился на пороге, как будто наткнулся на стену. Лицо его было белым, как полотно, пальцы судорожно сжимали край мундира.

— Принц Франц… прошу прощения… Там… по вашему поручению… — Дворецкий осекся, будто слова застряли в горле.

Франц вскочил с места одним движением. Ни слова, ни взгляда — только быстрый, почти неловкий поцелуй в руку Лаури, и он уже скрывается за дверью, оставляя за собой тяжёлое молчание.

В комнате повисло недоумение. Вильям бросил короткий взгляд на невесту брата — бледную, растерянную. Что могло выбить Франца из колеи так, что он даже не удосужился объясниться?

— Мисс Лангрид, вас проводить в ваши покои? — спросил Вильгельм, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Не стоит, я дорогу помню и дойду, — ответила Лаури, но не двинулась с места.

— Вероятно, вы спасли королевство и наши с братом жизни, — сказал Вильгельм, делая шаг к ней. — Как я могу вас отблагодарить?

Лаури выдохнула.

Этот выдох вышел глубже, чем она хотела. Он услышал в нём усталость, а может быть, что-то ещё. Она стояла напротив него — слишком близко для случайного разговора, слишком далеко для того, чтобы коснуться. Свечи в комнате догорали, и тени плясали по её лицу, делая черты то мягче, то острее.