Книга Рассказы, страница 245 – Поппи З. Брайт

У человека из Бюро были самые добрые и самые печальные глаза из всех, что Лиз когда-либо видела. Они сидели на крыльце её тогдашней приёмной семьи, и он задавал множество очень личных вопросов. Даже спросил, начались ли у неё месячные. (Начались. За три недели до того пожара, который унёс её семью.) Никому другому Лиз ни за что не стала бы отвечать на подобные вопросы. Но рядом с этим человеком она ощущала какую-то странную внутреннюю близость, необъяснимую, но настолько сильную, что не могла её игнорировать.

— Как тебе жилось в приёмных семьях? — спросил он.

Лиз пожала плечами.

— У Своради было… странно. Они хотели, чтобы я вела себя так, будто мне лет пять. А когда они взяли маленьких детей, меня выставили. Потом я попала к Флетчерам. Сначала они были ничего… но… ну, вы сами знаете, что случилось. Наверное, поэтому вы здесь.

— Из-за того происшествия.

Лиз уставилась в пол.

— Да.

— Это ведь был не совсем несчастный случай, правда, Лиз?

Она вскочила с крыльца, вся дрожа от ярости.

— Это не я устроила пожар! Не я! Я знаю, все думают, что это я, потому что перед самым пожаром мы с Донни поссорились. Но я думала… вы другой…

— Я не думаю, что ты устроила пожар.

Она замерла.

— Не думаете?

— Не спичками. Не зажигалкой. Не так, как это делают обычные люди. И я не думаю, что ты хотела, чтобы всё случилось. К тому же никто не пострадал — только немного дыма и воды после тушения. Но огонь вышел из тебя, ведь так, Лиз?

Она подняла на него глаза. В его взгляде не было ни страха, ни осуждения. Только уверенность.

— Откуда вы знаете? — прошептала она.

Вместо ответа мужчина достал из кармана долларовую купюру. Поднял её между ними. И Лиз увидела, как в его глазах что-то едва заметно вспыхнуло.

Купюра загорелась.

Несколько секунд они молча смотрели, как маленькие язычки пламени пожирают бумагу. Потом мужчина уронил её на землю и затоптал огонь.

— Я тоже так умею, — просто сказал он.

В голове Лиз сразу вспыхнули сотни вопросов.

— Что?.. Как?.. Почему?..

Он успокаивающе поднял ладони.

— На всё это ещё будет время. И даже больше. Но сначала я хочу кое-что тебе предложить.

Он немного помолчал.

— Лиз, то, чем ты обладаешь, называется «дикий дар». Вместо того чтобы переезжать из одной приёмной семьи в другую, ты могла бы жить в одном месте. Дома. Среди людей, у которых тоже есть дикий дар. Хотела бы ты узнать о своей способности больше? Научиться управлять ею?

Ей даже не пришлось отвечать. Он всё прочитал по её лицу.

— Это называется Бюро паранормальных исследований и обороны, — сказал он.

Когда смена Махогани подошла к концу, дождь почти прекратился, а солнце уже начинало подсушивать лужи на тротуаре. Махогани сказала, что до её дома всего несколько кварталов. Они шли молча, но это было уютное, спокойное молчание. Почти весь день они проговорили, пока Махогани время от времени обслуживала редких посетителей.

Район выглядел бедным, но ухоженным. Домики были выкрашены в пастельные цвета. На улицах не валялся мусор. Лишь кое-где на стенах виднелись призрачные, почти стёртые пескоструем граффити.

— Ещё два квартала, — сказала Махогани. — Только есть одна вещь, о которой тебе стоит узнать заранее.

Лиз вскинула голову. Внутри всё снова напряглось. Та хрупкая надежда, что только-только начала оживать, стала рассыпаться.