Книга Ледяные волки, страница 45 – Александр Тамоников

— Говори, Вихрь. — Петров отложил карандаш «Полиграф». Колпачок из гильзы лежал рядом.

Соколов зажмурился. Дыхание поверхностное, со свистом на вдохе — побочное действие обезболивающего.

— Пеленг… третий… двадцать… ноль-ноль… — Он диктовал шепотом. Губы синие, обветренные.

— Азимут… 43 градуса. Дистанция… пять… пять километров. Сила… максимум. Стационарный… источник. Мощный.

Голос оборвался. Соколов закашлялся — короткими, хриплыми спазмами, от которых тело дергалось на маскхалатах. Ковалева прижала его плечи, не давая сместить повязку.

Петров записывал. Карандаш 2Т скрипел по вощеной бумаге. 20:00. Азимут 43. Дистанция около 5 километров. Сигнал максимальной мощности. Он не переспрашивал.

Ковалева, не отрывая взгляда от лица Соколова, кивнула: пульс нитевидный, но есть, сознание держится на грани. Уголки ее глаз, не защищенные очками, стянуло в мелкую сетку морщин — два часа у операционного стола из маскхалатов давали о себе знать.

— Все.

Она достала из сумки шприц-тюбик с обезболивающим, продезинфицировала спиртом участок кожи на плече. Игла вошла мягко.

— Доза половинная, чтобы не убить дыхание.

Соколов выдохнул. Напряжение спало с лица, черты расплылись. Только пар от дыхания, слабый и прерывистый, свидетельствовал, что он еще жив.

Петров кивнул. Взял офицерскую линейку — стальную, с миллиметровыми делениями, отогретую в рукавице. Металл все равно отдавал холодом сквозь шерсть. Он развернул карту 1:100 000 шире, прижал края планшетом. От условной точки грота он отложил первый азимут из блокнота Соколова — 275 градусов. Линейка легла с тихим шелестом. Петров провел линию тонким, едва заметным штрихом. Длинную, уходящую на северо-запад, через квадраты с отметками глубин и обозначениями ледниковых трещин. Вторая линия — 312 градусов — шла почти параллельно, но со смещением в тридцать семь градусов, расходясь веером. Две черточки на огромном белом пространстве карты.

Петров открыл свой вощеный блокнот, нашел страницу с выпиской из сводки Гидрографии Северного флота, сделанной еще в Мурманске. Квадрат 17-Б. Магнитное склонение: минус 12 градусов. Поправка на годовой дрейф: +0,5. Итого: минус 11,5 градуса.

Он взял транспортир. Аккуратно, чтобы не порвать бумагу, повернул линейку на одиннадцать с половиной градусов против часовой стрелки для каждой линии. Поправка съедала почти целый градус. На дистанции в десять километров — это смещение почти на двести метров. На карте масштаба 1:100 000 — два миллиметра. Он сдвинул линейку, провел новые линии — тонкие, пунктирные, рядом со старыми. Реальность скорректирована.

Третий вектор. Тот, что только что продиктовал Соколов. 43 градуса.

Петров совместил ноль линейки с точкой. Заледеневший палец в варежке скользнул по делениям. Он нашел сорок три. Минус одиннадцать с половиной. Получилось тридцать один с половиной. Он провел линию. Короткую, уверенную, в сторону восточного склона ледникового купола, отмеченного изогипсами^[8] с шагом в двадцать метров.

Три черных луча сошлись не в точке. Они образовали небольшой треугольник со сторонами примерно в сантиметр. На карте это означало район размером километр на полтора. Но пеленг — не точный луч, а сектор. Ширина сектора зависит от качества приема, рельефа, помех.