Книга Развод с альфой. Я спасу волчат, которых ты предал, страница 43 – Лилия Романова

— Вы скажете альфе?

— Да.

— Он не поверит.

— Сегодня он уже услышал от Варра то, во что не хотел верить.

— Услышать мало.

— Знаю.

Нэйт подошёл к столу и посмотрел на переписанные листы.

— Вы правда останетесь на семь дней?

— Если меня не вытащат отсюда раньше.

— Вас вытащат.

— Попробуют.

Он кивнул, словно это был единственный честный ответ, и ушёл.

Эвена приехала перед закатом.

Я увидела её из окна сторожки: лёгкая крытая повозка, два всадника из рода Роут, аккуратные дорожные плащи, сундук на задней полке. На фоне грязного двора и обгоревших кольев её появление выглядело почти оскорблением. Словно кто-то поставил фарфоровую чашу посреди кузницы и решил, что от этого копоть станет благороднее.

Астор вышел ей навстречу. Я не слышала первых слов, но видела, как Эвена подняла лицо, как легко коснулась его рукава, как его плечи напряглись. Она приехала не спрашивать разрешения. Она приехала занять место рядом с ним там, где вдруг стала опасной бывшая жена.

Через несколько минут двор собрали у колодца.

— Я узнала о ночном нападении, — сказала Эвена, обращаясь не только к Астору, но и ко всем сразу. Голос её был мягким, поставленным, с той безупречной заботой, которая не пачкается даже рядом с грязью. — И решила, что детям нужно напомнить: центральная стая о них помнит.

Двое её людей открыли сундук.

Внутри лежали тёплые рукавицы, сладкие лепёшки, яркие ленты, маленькие деревянные фигурки, новые гребни, несколько мягких шарфов. Подарки. Красивые, яркие, невозможные на фоне серых курток.

Дети смотрели молча.

Руми шагнул вперёд первым, но остановился и посмотрел на Нэйта. Тот стоял рядом с Ильмой, руки в карманах, лицо закрытое. Я видела, как в нём борются голод, детское желание взять что-то красивое и отвращение к руке, которая это протягивает.

Эвена заметила.

— Нэйт, верно? — сказала она, доставая из сундука деревянного волка, куда более искусно вырезанного, чем Клык. Гладкого, целого, с серебристой краской на спине. — Я слышала, ты заботишься о младших. Это достойно уважения.

Руми не сводил глаз с игрушки.

Нэйт посмотрел на волка, потом на Эвену.

— Откуда вы слышали?

Она улыбнулась.

— О детях Серой заставы теперь говорят многие.

— Вчера не говорили.

Её улыбка не исчезла.

— Иногда нужно событие, чтобы важное стало заметным.

— Или бывшая жена альфы с раной в боку, — бросил Нэйт.

Воины рода Роут нахмурились. Астор шагнул ближе, но я подняла руку, не глядя на него. Не надо. Нэйт не нуждался в защите от собственного голоса.

Эвена опустилась перед мальчиком так, чтобы оказаться с ним почти на одном уровне. Жест выглядел красивым. Продуманным.

— Ты злишься. Я понимаю. Но злость не должна мешать принимать добро.

Она протянула ему волка.

Нэйт взял игрушку.

Руми вскинул голову. Ильма напряглась. На мгновение двор поверил, что мальчик уступил. Даже Эвена, кажется, поверила.

Нэйт посмотрел на гладкого волка, провёл пальцем по серебристой спине, потом шагнул к луже у колодца и бросил игрушку в грязь.

Руми ахнул. Не от возмущения — от боли за вещь, которую сам, возможно, хотел бы взять.

— Нэйт! — рявкнул Рык.

Мальчик повернулся к Эвене.

— У нас уже есть волк. Сломанный, зато свой.

Руми тут же вытащил Клыка из-за пазухи и прижал к груди так крепко, что ремешок скрипнул.