Книга Эти чудовищные боги, страница 54 – Розамунд Ходж

— Я никогда не причиню тебе вреда, – говорю я, опуская руку.

— Очень утешительно, – сухо говорит Джарин, делая шаг в мою сторону. – Пожалуйста, скажите мне, что вы можете втянуть когти. Нет? Тогда нам придется быть очень осторожными при переодевании.

На переодевание у нас уходит много времени. И не только из-за моих когтей. Джарин все еще пытается разобраться в платьях, которые были модны пятьсот лет назад. Их подарили мне дворцовые дамы, и поэтому мне приходится их носить.

Худшим моментом становится тот, когда Джарин стаскивает с меня киртл с длинными рукавами, и я обнаруживаю, что моя кожа не только обуглилась до запястий, но даже вены, бегущие до локтей, почернели, а ближе к плечам стали пепельно-серыми. В немом ужасе мне хочется и дальше рассматривать свои руки, но Джарин прищелкивает языком и быстро говорит:

— Загибайте когти, не то порвете платье.

В следующее мгновение она уже натягивает на меня через голову ярко-малиновую юбку, а затем черный сюртук. Пока она трудится над моей прической, я смотрю на себя в зеркало и чувствую благодарность за то, что мне нечего надеть, кроме этой древней одежды. Единственное место для меня – это Рунахия пятисотлетней давности, когда все люди любили богов, а королевские договоры были нормальной частью повседневной жизни. Но сейчас за дверью меня ждет совсем не та Рунахия.

Банкет в честь королевской семьи проходит в ратуше, которая обычно служит местом, где собираются гильдии^[6], чтобы обсудить текущие дела с местными фабрикантами и бизнесменами. С потолка банкетного зала свисают бумажные серпантины и цветы, которые очевидно были прикреплены абсолютно наспех, чтобы преобразить зал и сделать из него помещение, подходящее для праздника. Весь зал буквально от стены до стены забит людьми. Здесь собрались не только мэр и члены городского совета, но и большинство представителей местного духовенства, а также толпа простых людей, у которых, кажется, не хватило денег на приличный костюм или платье.

Никто не хочет видеть меня здесь.

Конечно, мэр и еще несколько священнослужителей бормочут мне слова благодарности и восхищаются моим успехом, но слишком быстро уходят, чтобы поговорить с кем-то еще, а я не могу не заметить, как люди в толпе замолкают, когда я прохожу мимо них. Как они смотрят мне вслед, а затем быстро отводят взгляд, если понимают, что я их заметила.

Из всей этой толпы рядом со мной остается только Анабекха. Несмотря на ее молчание, я все равно вижу, как она смотрит на Араунна, и уверена, что она хотела бы быть рядом с ним. Ведь именно он смог сегодня порадовать Нин-Анну.

— Ваше святейшество, – громко говорит преподобный Колдрен, проталкиваясь ко мне через толпу. – Я рад видеть, что вы выздоровели.

Я вспоминаю слова Варии о том, что Араунн буквально притащил меня из царства богов, и на моем лице вспыхивает смущение.

— Добрый вечер, – резко говорит Анабекха. – Ну что, теперь вы готовы признать власть богов?

— Ты же знаешь, я никогда не отрекался от королевского дара, – протестует он, а затем снова поворачивается ко мне. – На самом деле я надеялся, что вы сможете рассказать мне о том, чему вы стали свидетелем в божественном царстве. Это было бы очень полезно для моего исследования.

В моей груди вспыхивает ярость.