Книга Эти чудовищные боги, страница 42 – Розамунд Ходж

— Не будь такой застенчивой, – говорит Рувен. – В конце концов, тебе не составило труда сесть мне на колени.

«Ты теперь постоянно будешь напоминать об этом?» — спрашиваю я, надеясь, что никто из пассажиров в карете не заметил, как я покраснела.

— Ну, я все еще мертв из-за этого. Так что да.

Примерно через милю мы встречаем гонца, который выехал нам навстречу, и мое сердце замирает, когда я вижу, что к его плечу прикреплен красный флаг чумы.

— Вы должны ехать дальше, – говорит он, подъезжая достаточно близко, чтобы мы могли его услышать. – В Имбазе – красная смерть.

— О нет! – выкрикивает Изорейн. – Кто болен?

«Все», – моя первая ужасающая мысль.

Когда красная смерть впервые пришла в Аназир, прошли десятилетия, прежде чем кто-то решил закрыть фабрики и театры, чтобы не допустить распространения болезни. А когда закрывают целый город…

— Пока болезнь буйствует только среди слуг, – говорит гонец. – И надеюсь, боги не дадут ей распространиться дальше. Но поскольку уже затронуто три дома, мэр считает, что королевскому экипажу небезопасно здесь оставаться.

Во мне переплетаются облегчение и негодование. Настоящая чума распространяется бесконтрольно, и именно этот кошмар пытаются искоренить монахини. Меня злит не то, что мэр Имбази пытается предотвратить распространение болезни, а то, что мир останавливается, лишь когда в опасности оказываются богачи.

— Мэр приносит свои глубочайшие извинения, – продолжает гонец. – И он отправил гонцов в Лимах, приказав подготовить для вас радушный прием.

— Конечно, – отвечает премьер-министр. – Пожалуйста, передайте мэру наши искренние и добрые пожелания.

— Он сообщил о происходящем королеве? – внезапно спрашивает Араунн.

— Нет, ваше высочество, – явно удивленно отвечает гонец. – Он не хотел ее беспокоить…

— Она захочет знать, – прерывает Араунн гонца твердым тоном, какого я никогда не замечала у него раньше. – Немедленно.

— Конечно, – отвечает посланник, но все равно смотрит на премьер-министра, как бы спрашивая разрешения.

— Я рад слышать, что наша королева так заботится о своем народе, – кивает премьер-министр.

— Не волнуйтесь, – улыбается посланнику Араунн. – Все будет хорошо. Она вам поможет.

— Мы что, собираемся сидеть здесь весь день? – требует ответа Вария, гневно глядя на брата.

Между ними будто происходит безмолвный диалог, а затем принц опускается обратно на свое место, и через несколько минут мы снова отправляемся в путь. Пока Анабекха и Колдрен снова начинают спорить о том, могут ли помочь молитвы от чумы, я задаюсь вопросом – почему Вария говорила так, будто о чем-то предупреждала Араунна?

* * *

Мы въезжаем в Лимах, маленький грязный городок, в котором фабрики на узких улочках соседствуют с домами, где живут рабочие.

Наспех организованная встреча внушает уважение. Мэр, да и, должно быть, все жители города собрались на главной площади в сопровождении небольшого хора из шести девушек в цветочных коронах. Но толпа собравшихся посмотреть на наше прибытие выглядит угрюмо.

— При виде королевского экипажа они не выглядят счастливыми, – нахмурившись, замечает Анабекха, когда наша карета останавливается.

— Потому что большинство из них последователи Магистериума, – объясняет ей Колдрен. – Здесь я получил свою первую должность и хорошо знаю этот город. Большинство этих людей – хорошие работники, но ужасно упрямые, неблагодарные люди.