Книга Эти чудовищные боги, страница 41 – Розамунд Ходж

Я чувствую яростное, беспомощное смущение. Колдрен не похож на меня, и он для меня никто, но все же, слыша его по-клоунски напыщенные слова, сказанные детям королевского дома, которые рождены для того, чтобы войти в царство богов, мне хочется вылезти вон из кожи. Я знаю, что должна что-то сказать, чтобы отстоять честь богов, а также для того, чтобы Араунн и Вария знали, что наше поколение не сплошные безбожники, но воспоминания о прошлой ночи будто держат мои голосовые связки в заложниках. Каждый раз, когда я думаю о том, в чем могла бы упрекнуть Колдрена, я задаюсь вопросом, а что, если Араунн и Вария скажут мне, что я неправа?

Пока я колеблюсь, в разговор вклинивается Анабекха.

— Скорее, вы хотите сказать, что наше время это рассвет сомнений, – горячо восклицает она. – Все знают, что богословы в вашем университете считают богов беспомощными абстракциями, которые слепы и глухи к нашим молитвам.

Колдрен часто моргает, глядя на Анабекху, будто видит ее впервые.

— У многих сейчас неверное представление о божественном превосходстве. Как учат…

— Я читала их труды! Хоть один из них удосужился прежде, чем писать самому, прочитать весь псалтырь?

Меня снова охватывает стыд, потому что я никогда не читала труды современных богословов. Эта идея даже не приходила мне в голову. К тому же, глядя на Анабекху, которая берется обсуждать с Колдреном каждый пункт их трудов, я понимаю, что никогда бы так не смогла.

— Да, ее подготовка не знает себе равных, – говорит Рувен. – По всей видимости, это лучшая гончая вашего питомника. Она исполняет команды «сидеть», «стоять» и «охотиться» лучше всех.

«Моя охота на тебя тоже удалась», –думаю я, и он усмехается.

— Это точно, – говорит он, и в его голосе звучит нотка язвительного восхищения.

Мы встречаемся взглядами, и на мгновение мне кажется, что его смерть не более чем шутка. Будто его кровь не преследовала меня в ночных кошмарах, а он не стал призраком – преградой между мной и моим счастьем. Будто он просто юноша, а я просто девушка, чьим умом он восхищается. В этот момент я снова замечаю, как прекрасны черты его лица.

— Ты тоже довольна мила, – замечает Рувен, и мое лицо вспыхивает от воспоминаний о том, как я тонула в тепле его тела и чувствовала его дыхание на своем запястье.

«А потом я перерезала тебе горло самым изысканным образом», – думаю я.

Сама того не желая, я опускаю взгляд на свои руки, а когда снова поднимаю его, Рувен уже исчез, место напротив меня опустело. В моей груди появляется чувство пустоты, но я не обращаю на него внимания.

* * *

Предполагалось, что первый день нашего путешествия будет коротким. К двум часам дня мы должны достигнуть города Имбази, в котором сейчас живут богатейшие жители Рунахии. Они предпочитают жить недалеко от столицы, но не страдать от городского смога.

Изорейн с большим водушевлением рассказывает нам о празднике, который жители города хотят устроить для нас, и, в отличие от Араунна, который улыбается и признается, что не может дождаться встречи с ними, Вария мрачно молчит.

«Это будет праздник, устроенный нашими врагами», – с растущими ужасом понимаю я.

«Друзья», встрече с которыми так радуется Изорейн, – это люди, которые не хотят, чтобы боги или королевская семья изменили их мир. Мне стоило бы с нетерпением ждать возможности призвать этих людей обратно к вере в богов, но на самом деле я не хочу встречаться с ними лицом к лицу.