Книга Пленница мертвого Двора, страница 105 – Элина Амори

Не хотела. Хотела только его.

Каждое прикосновение отзывалось внутри мягким, разливающимся теплом. От поцелуев на шее и ключицах по коже пробегала дрожь, а сердце билось так быстро, будто пыталось вырваться из груди.

Я прижалась к Талрону всем телом, ощущая тепло его кожи, силу рук, напряжение в каждом движении. Мы потерялись в едином ритме, в сорванном дыхании, в тихих стонах, смешавшихся в полумраке комнаты.

Потом он гладил мою спину, медленно и успокаивающе, целовал руки. Я лежала, прижавшись к нему, слушала ровное биение его сердца и понимала: сейчас нет ни страха, ни вины, ни мучительных вопросов. Есть только мы.

В тишине постепенно отступало все, что произошло раньше: унижение, боль, одиночество, сомнения. Оставались его тепло, руки, дыхание рядом. Наконец я почувствовала себя дома.

Утром я вернулась в свою комнату, где меня уже ждал сюрприз от Вислы.

— Госпожа, — сказала она, протягивая сложенный лист. — От Маэлдуна. Он просит вас о встрече. В том же месте, что и в прошлый раз.

Я кивнула.

Как бы я ни относилась к Маэлдуну, именно благодаря ему меня не убили во дворце. Хотя бы поблагодарить его я была обязана.

Висла проводила меня по подземному коридору той же дорогой, что и в прошлый раз. Мы снова вышли в тайный сад, скрытый у подножия холма.

В беседке, увитой розами, ждал Маэлдун. Рядом с ним сидел худой, болезненно бледный фэйри неопределенного возраста. Его узкое лицо казалось почти неподвижным, а черные глаза смотрели настороженно и цепко.

— Спасибо, что не дал меня убить, — произнесла я тем не менее, склонив голову.

— Не стоит благодарности, — повел плечом Маэлдун. — Мне и самому было важно сохранить тебе жизнь. Ты была для меня загадкой, которую слишком хотелось разгадать.

Он прошелся по беседке, сцепив руки за спиной.

— Наполовину фэйри. С мощным заклятием, скрывающим кровь. И если бы не дикие пчелы, я бы ни за что не узнал о твоей сущности. Однако подозрения появились у меня почти сразу — с того самого дня, как ты оказалась здесь. Твоя способность противостоять проклятию Талрона совершенно точно что-то значила.

Я напряглась и села на скамью напротив.

То, что Маэлдун говорил об этом при постороннем, мне совсем не нравилось. Но он выглядел слишком уверенным, наверное, это неспроста.

— К счастью, я был сенешалем королевы и кое-что знал, — продолжил Маэлдун. — Это Гаслий. Когда-то он служил королеве. Вместе мы провели небольшое расследование, сопоставили факты — и теперь я знаю, кто ты, Амелия.

Я растерянно заморгала.

— Остается только один вопрос: хочешь ли ты узнать правду или предпочитаешь остаться в неведении?

— Конечно хочу! — вырвалось у меня. — Это мой отец? Он был фэйри?

— Какой бы она ни была и каким бы сложным путем не досталась? — прищурился он. — Узнать правду через все тернии?

— Да! — выпалила я. — Я должна знать правду!

Маэлдун сел на боковую скамью и закинул одну ногу на ногу. Теперь прямо напротив меня остался Гаслий.

— Я помню ту ночь, — начал он тихо, щуря узкие черные глаза. — Твоя мать, смертная женщина, пришла к королеве с мольбой. Она знала, что очень скоро за ней придут, как прежде пришли за ее мужем.

— Моя мать? Я не понимаю.

Гаслий бросил короткий взгляд на Маэлдуна, и тот кивнул.

— Она имеет право знать правду, — твердо сказал Маэлдун. — Из-за своей крови Амелия сейчас в смертельной опасности.