Книга Боевой офицер в брачном агенстве: за сбежавших мужей ответственность не несём, страница 55 – Марьяша Ришелье

— Шесть кубиков, — повторил я. — Она снизила планку.

— Радикально.

— Может, она и стирать на доске согласится?

— Это уже крайняя мера, — серьёзно сказала Эмили. — Но если Иван не вернётся — придётся предлагать стиральную доску.

Мы стояли в темноте моей комнаты, освещённой только фонарём, и слушали, как над городом затихают крики Ягуси. Последний вопль был совсем далёким — кажется, она ушла в сторону леса. Может, искать Ивана там. Может, возвращаться в избушку. Может, планировать месть.

— Ты останешься? — спросил я.

— Если ты хочешь.

— Я хочу. Но не потому, что боюсь Бабы Яги.

— А почему?

Я посмотрел на неё. На её растрёпанные золотые косы. На куртку, накинутый поверх ночной рубашки. На босые ноги в туфельках наспех.

— Потому что ты пришла, — сказал я. — Среди ночи. С плащом. Потому что услышала крик и подумала обо мне.

— Это и есть любовь, — тихо сказала она.

— Это и есть любовь, — согласился я.

Где-то вдалеке, на грани слышимости, раздался последний, затихающий крик:

— ИВАН! У МЕНЯ ЕСТЬ ЯБЛОКИ! НЕ ОТРАВЛЕННЫЕ! ПРИХОДИ!

И наступила тишина. Только луна смотрела в окно. Только фонарь мерцал на столе. Только мы стояли, обнявшись, посреди комнаты, над кроватью, под которой я прятался пять минут назад.

— Завтра, — сказал я, — я напишу Ивану письмо. Официальное. От агентства. С просьбой вернуться к невесте. С бонусом в виде пожизненного запаса стирального порошка.

— Думаешь, поможет?

— Должно. А если нет — я сам пойду к Ягусе и скажу, что Иван — дурак, но я найду ей другого.

— А если она опять захочет тебя?

— Тогда я покажу ей свой пресс. И она разочаруется.

— У тебя отличный пресс, — напомнила Эмили.

— Тише. Это секретная информация. Не хочу, чтобы Баба Яга узнала.

Эмили рассмеялась. И её смех прогнал все страхи, все привороты и все избушки на курьих ножках. Потому что, в конце концов, что такое Баба Яга по сравнению с женщиной, которая любит тебя? Просто ещё одна клиентка. Со своими особенностями. Со своими яблоками.

— Спи, — сказала она. — Завтра будет новый день. И новые клиенты.

— Надеюсь, не людоеды.

— Не загадывай.

Я лёг на кровать. Эмили устроилась рядом, положив голову мне на плечо. И где-то на грани сна я услышал, как вдалеке, едва слышно, скрипнули курьи ножки.

Но теперь это было не страшно.

Утро после ночи криков было... напряжённым. Я стоял у окна офиса, смотрел на залитую солнцем мостовую и ждал. Эмили сидела за столом, нервно перебирая анкеты, и каждые пять минут поглядывала на дверь. Мы оба знали: Баба Яга придёт. Это был лишь вопрос времени.

— Может, она не придёт? — с надеждой спросила Эмили.

— Придёт, — мрачно ответил я. — Она же Яга. Они всегда возвращаются. Как бумеранг. Как совесть. Как налоговый инспектор.

— И что ты ей скажешь?

— Я подготовил речь.

— Речь?

— Да. Официальную. С извинениями. С перечислением наших успехов. С перечнем альтернативных кандидатов. С упором на то, что агентство не несёт ответственности за форс-мажоры, включая побег жениха после окончания действия приворота.

— Думаешь, она будет слушать?

— Думаю, она будет крушить. Поэтому я спрятал всё ценное. И подготовил запасной выход.

— У нас нет запасного выхода.