Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 39 – К. Рэдлиф

Яо Вэньмин сначала опешил, когда услышал просьбу от своего наставника. Потом отнекивался. Ну как он, ученик, который только-только попал под крыло мастера, может чему-то его учить? Но в конце концов сдался и принялся за дело со свойственным главному герою старанием. Он даже стал выпрашивать у наставников долины Лотосов дополнительные задания и книги с мелодиями. Так как Яо Вэньмин был теперь не учеником стадной низины, а находился под покровительством одного из мастеров ордена, отношение к нему стало совсем иное. Стоило ему сменить одежды на бордовые – и теперь на него хоть и смотрели косо, все-таки он ученик Туманного склона, но больше не смели бездумно высказаться или принизить. Яо Вэньмну не только разрешили выносить книги из долины Лотосов на короткое время, но и даже выдали цинь для домашних занятий. Это была простенькая дешевенькая учебная модель, которая расстраивалась спустя пару часов игры на ней, но это не мешало ни Яо Вэньмину, ни Цзэ Сюланю приобщаться к музыке. Цзэ Сюлань взял на заметку, что при удобном случае нужно будет заглянуть в мастерские Фуюани. И если финансы позволят, купить инструмент поприличнее.

Тан Цзыци пришла в себя спустя неделю. Процесс ее выздоровления мог бы оказаться быстрее, но после разрушения меридиан она стала обычным человеком. Выходцы из долины Идиллии определенно приложили усилия, чтобы не просто привести женщину в сознание, но еще и стабилизировать ее состояние, дабы она смогла хоть немного мыслить и отвечать на вопросы. Впрочем, это было необязательно, потому что Тан Цзыци не горела желанием делиться своими знаниями.

Все, что Линь Цзо удалось вытянуть из этой последовательницы темного пути, – имя ее наставника. Цзэ Сюлань, прибыв снова на гору Стремлений и узнав это, слегка поник. Он, конечно, не рассчитывал, что Тан Цзыци выложит все как на духу, но надеялся, что мастер Линь хотя бы развяжет ей язык перед его приходом. Что ж, кажется, мастер Линь совсем ни на что не годился.

— Этот мастер вырос слишком гуманным и совсем ничего не смыслит в пытках, – цокнул языком от досады Цзэ Сюлань, стоя на краю колодца. Он задумчиво поглядывал вниз, сверля взглядом сидевшую на краешке соломы женщину. Ее черные волосы выглядели не лучше подстилки под ногами, взгляд потух, но в состарившемся лице угадывались острые привлекательные черты.

— Если любому заклинателю уничтожить меридианы, он состарится? – тихо спросил Цзэ Сюлань.

Он задал вопрос скорее самому себе, но стоявший рядом Линь Ян не мог его не услышать.

— Не совсем. Если это молодой заклинатель, то он просто проживет свое время. Но если это мастер, которому уже пара сотен лет, то да, его тело будет стареть куда скорее, чем положено. Думаю, лет через пять Тан Цзыци уже станет дряхлой старушкой.

— Через пять лет?

— Нет, конечно, – улыбнулся Линь Ян. – Разве я позволю ей прожить столько после всех проблем, что она доставила тебе?

Цзэ Сюлань на это промолчал. Его больше волновало, как узнать то, что ему интересно, если эта последовательница темного пути не хотела сотрудничать. Цзэ Сюлань, как человек, выросший с определенными этическими рамками в голове, считал применение пыток чем-то аморальным. Поэтому даже не собирался предлагать никаких вариантов, хоть у него и были подобные знания. Следовало придумать другой вариант установления коммуникации.