Книга Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство, страница 3 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Теперь уже не надо, — не унималась Саша, — которой из-за рассеянности сестры пришлось оторваться от важной процедуры: она красила волосы и одновременно накладывала на лицо питательную маску, — конечно, мне же гораздо легче бросить все свои дела и открыть дверь. Подумаешь, сегодня у меня выход в свет, это же сущие пустяки по сравнению с твоими старыми куклами.

Александра была на четыре года младше сестры и, несмотря на свои шестьдесят девять, продолжала считать себя весьма привлекательной дамой бальзаковского возраста. Веселая, общительная, легкая на подъем, Александра Сергеевна Кондарева вела весьма бурную светскую жизнь и всегда с удовольствием посещала все концерты, выставки и лекции, которые ежемесячно устраивали для пенсионеров благотворительные организации.

— Куклы не старые, а старинные, — тихо поправила сестру Сима, — и что именно ты называешь выходом в свет?

— Как что? Сегодня же 15 декабря! Вечером мы идем в театр! Забыла?

— Точно, — Серафима недовольно поморщилась, — совершенно вылетело из головы. Саш, а может, это ошибка или чей-то дурацкий розыгрыш? Ну с какой стати кому-то понадобилось засовывать билеты в наш почтовый ящик?

— Отстань, Сима, вечно ты все усложняешь, а может, это мой тайный поклонник…

В этот момент в дверь снова настойчиво позвонили, и, забыв о споре, обе сестры бросились открывать.

— Теть Саш, теть Сим, я не вовремя? — На пороге растерянно топтался сосед по лестничной клетке Леонид Кашин.

Вид у него был настолько комичный, что хозяйки квартиры не удержались от улыбки. Из одежды на Ленечке были только трикотажные спортивные брюки с сильно оттянутыми коленками и женский цветастый фартук, надетый прямо на голое тело. Жидкие, давно не знавшие рук парикмахера волосы были изрядно всклокочены, будто он только что вскочил с кровати, а глаза за толстыми линзами очков щурились виновато и слегка испуганно. Картину завершал допотопный утюг, который Леонид бережно прижимал к груди.

— Что ты такое говоришь, Ленечка, — с трудом сдерживая смех, заговорила Александра. — Ты всегда вовремя. Проходи скорее, не стой на сквозняке. Может, чайку или ты кушать хочешь? Да поставь ты свой утюг, что ты с ним обнялся?

Леонида Кашина сестры считали почти родственником. Сын соседки по лестничной клетке, он вырос на их глазах, и не нажившие своих собственных детей Серафима и Александра часто баловали мальчика, то покупая ему обновки, то угощая сладостями. Уже в раннем детстве стало понятно, что мать-природа обделила Ленечку Кашина внешними данными. Из смешного мальчишки с забавными толстыми щечками, жидкими пегими волосенками и курносым носом, на котором с раннего детства сидели очки с толстенными линзами, вырос неуклюжий, стесняющийся своей непривлекательной внешности подросток, а потом и робкий, сторонящийся женщин молодой мужчина. В то время, когда его ровесники бегали по дискотекам и ухаживали за девушками, Леонид усердно учился. Надо отдать должное все той же матери-природе, обделив мальчика красотой, она наградила его острым, пытливым умом и почти феноменальной памятью.

— Спасибо, я не голоден, — помотал головой Ленечка, еще крепче прижимая к себе утюг, — у меня к вам дело, чрезвычайно срочное и важное.

— Давай выкладывай свое дело, — улыбнулась Серафима, книжка, что ли, какая срочно понадобилась?