Книга Ключ с правом передачи, или Смертельное наследство, страница 9 – Ольга Аверина, Юлия Аверина

— Надо же, какая грустная история. Бабуль, мне искренне жаль, что у тети Симы так неудачно сложилась личная жизнь…

— Да… Вот такое яркое, но короткое счастье, а потом долгие годы одиночества. Ни мужа, ни детей, ни внуков… Но Симочка все равно не озлобилась, не превратилась в вечно брюзжащую старуху, а осталась таким же светлым и добрым человечком. Я умоляю тебя, Лелечка, не оставляй ее одну, ведь она любит тебя, как родную внучку. — Голос Веры Николаевны снова задрожал, и она торопливо отвернулась к окну.

— Бабуль, ну ты что? — я подвинулась ближе и обняла бабушку за худенькие плечи. — Я же пообещала, что никогда не оставлю тетю Симу, а у тебя нет оснований не верить моему слову.

— Спасибо, девочка, я знала, что могу положиться на тебя…

Спустя месяц после этого разговора у Веры Николаевны случился повторный инфаркт, «скорая» приехала слишком поздно, и, несмотря на все старания врачей, спасти ее так и не удалось… Через сорок дней после смерти бабушки ее обширная коллекция фарфоровых кукол перекочевала из однокомнатной квартиры на Чистых прудах в мою гостиную, а я взялась с усердием выполнять данное слово.

С тех пор прошло восемь лет, за это время Серафима и Александра Кондаревы стали мне по-настоящему близкими и родными людьми. Раз в неделю я непременно забегала в уютную квартирку в Потаповском переулке, чтобы занести продукты, попить чайку или просто поболтать со своими старушками, причем делала я это не из чувства долга и даже не ради светлой памяти моей любимой бабули, просто здесь мне было тепло и комфортно. Я могла часами говорить с Серафимой Сергеевной о куклах, которые к тому времени неизбежно стали и моим увлечением, или, свернувшись калачиком на старинном, с потертой гобеленовой обивкой диване, слушать, как играет Моцарта Александра Сергеевна. Надо отдать должное моим близким, они тоже привязались к старушкам. Максим безропотно таскал им по осени мешки с картошкой, а весной вывозил на дачу. Егор и Вероника искренне считали их своими бабушками и регулярно звонили, чтобы поздравить с праздником, справиться о здоровье или сообщить свои нехитрые новости. Вот так, не без помощи моей сердобольной бабули, наша и так не слишком малочисленная семья увеличилась еще на двух человек. Поэтому я совершенно не удивилась, когда во вторник вечером, около одиннадцати, услышала в телефонной трубке голос одной из моих старушек.

— Лелечка, прости, что так поздно, — слегка запинаясь, проговорила Серафима Сергеевна, — надеюсь, ты еще не спишь?

— Что вы, теть Сим, я раньше часу ночи никогда не ложусь. — Неожиданно на том конце провода послышались сдавленные всхлипывания. — Серафима Сергеевна! Насторожилась я. — У вас что-то случилось, давление, сердце прихватило? — Саша, Сашенька… — только и смогла пробормотать она в ответ. — Александре Сергеевне плохо? — догадалась я. — Срочно вызывайте «скорую», я буду у вас минут через двадцать…

— Поздно, Лелечка, Саша умерла… — Послышался глухой стук, и в трубке раздались частые гудки.

Первым моим порывом было бежать в чем есть к входной двери и срочно ехать в Потаповский, но, бросив случайный взгляд в зеркало, я поняла, что необходимо переодеться, шуба, наброшенная прямо на легкий домашний пеньюар, будет выглядеть по меньшей мере неуместно. Пока я второпях натягивала джинсы и водолазку, в мою голову пришла еще одна здравая мысль — зачем ехать в центр на метро, если можно разбудить мужа? Время сейчас позднее, машин на дорогах мало.