Книга Магрибский колдун, страница 26 – Елена Леонова

— Лера ничего не рассказывала про работу. Только что она доктор наук. Веселилась, была довольно общительной. А свечи… — писатель задумался. — С египтологией ничего не вяжется. Хотя свечи всегда использовали в ритуалах разных древних религий, поэтому…

— Хм. Ладно. Созвонимся.

— Ага.

Саблин отключился от звонка и положил мобильный на стол. Взял в руки зажигалку и начал крутить её между пальцев. Ничего нового он не узнал, но зато теперь есть имена двух мужчин, с которыми Кучинская общалась в Марокко. Не зацепка, но проверить стоит.

Выяснить фамилии Савелия и Камила следователю не составило труда. Таможенная служба предоставила копии загранпаспортов всех, кто выезжал в Марокко за последние две недели, и Саблин быстро нашёл нужных ему людей.

Вызвав служебную машину, он поехал на восток города, где проживал один из тех, с кем Кучинская общалась на семинаре в Танжере.

Дверь квартиры в многоэтажном доме открылась с тихим скрипом, впуская следователя в полумрак. Саблин, сдвинув брови, шагнул внутрь, стараясь не задеть плечом стопку книг, громоздящуюся прямо у порога.

Квартира принадлежала кодикологу, специалисту по древним рукописям, Савелию Нестерову, и теперь, возможно, свидетелю по делу Валерии Кучинской.

Саблин прищурился, пытаясь привыкнуть к полумраку. В воздухе витал густой запах старой бумаги и пыли. Обстановка коридора выглядела, как библиотечный архив, и походила на жилище рассеянного, но увлечённого человека. Книжные полки, неряшливо заваленные книгами и альбомами, тянулись до самого потолка. Часть из литературы даже лежала на полу.

— Добрый день. Майор Саблин, криминальная полиция. Я вам звонил. Вы Савелий Нестеров? — он показал удостоверение.

Следователя встретил мужчина лет тридцати пяти, со светлыми растрёпанными волосами и бледным лицом. За его спиной в глубине квартиры мелькнула женская фигура.

— Да. Проходите, пожалуйста, — сказал Савелий, отступая в сторону. — А это моя сестра, Нэлли.

Женщина, постарше брата, с такими же светлыми волосами, завязанными на макушке в узел, кивнула в знак приветствия.

Саблин медленно прошёл из коридора в комнату, стараясь не наступить на разбросанные повсюду журналы и газетные вырезки. На столе в гостиной стояла лампа с зелёным абажуром, отбрасывающая тусклый свет на раскрытую книгу. Рядом — лупа, блокнот для записей, ручка, несколько томов в потёртых переплётах, обёртки из-под конфет и хлебные крошки.

Следователь окинул взглядом комнату. В углу, возле окна, стоял телевизор. На подоконнике в горшках росли какие-то странные экзотические растения. Вдоль стены располагались диван и два кресла.

Майор медленно прошёлся. Его взгляд скользнул по деталям: фотографии на стене, запечатлевшие каких-то людей в разные периоды их жизни, комод с вазочками и керамическими статуэтками, сервант с посудой и хрустальными бокалами, напольные часы.

— Простите за беспорядок, — виновато произнёс Савелий, заходя в комнату и закрывая книгу на столе и стряхивая крошки на пол. — Я работаю дома. Поэтому всё держу под рукой.

— Понимаю.

Следом появилась Нэлли.

Саблин оглядел обоих — брата и сестру. Савелий казался слегка растерянным и утомлённым, а его сестра, наоборот, держалась настороженно.

— Я много времени у вас не отниму, — следователь сел на диван. — Хотел задать пару вопросов.