Книга Магрибский колдун, страница 29 – Елена Леонова

Внезапно его взгляд зацепился за фигуру, вошедшую в хинкальную. Мужчина за сорок, в потёртой кожаной куртке. Похоже, Тагиев.

Камил огляделся, словно кого-то искал и направился к одному из дальних столиков. Следователь отставил чашку с кофе, достал из внутреннего кармана удостоверение и медленно направился к столику, за которым уже сидел Тагиев. Тот, казалось, не заметил его приближения и увлечённо изучал меню.

Саблин остановился рядом и произнёс:

— Камил Тагиев?

Мужчина резко поднял голову. В его глазах мелькнул испуг, его он тут же попытался скрыть за напускным безразличием.

— Да.

Следователь предъявил удостоверение.

— А, конечно, садитесь.

К столику подошёл официант.

— Мне, пожалуйста, шашлык из баранины, — заказал Камил.

— Порцию хинкали с говядиной, — Саблин обернулся на столик, где недавно сидел. — И там мой кофе, принесите, пожалуйста.

Официант кивнул и удалился.

— У меня есть несколько вопросов о Валерии Кучинской. Знаете её? — перешёл сразу к делу следователь.

Камил нахмурился.

— Ну, не то чтобы знаю, — он вздохнул. — Мы познакомились на семинаре в Танжере. Так, общались немного.

— Что можете о ней сказать?

— Милая женщина, улыбчивая. Да, в общем-то, и всё.

— С кем она контактировала во время семинара?

— С Савелием… м-м-м… не знаю его фамилии. Ещё с писателем. Филипп.

— До поездки в Танжер вы с ней были знакомы?

— Нет.

— А по возвращении в Москву?

— Нет. Мы не обменялись телефонами, — он пожал плечами. — А зачем? Я женатый человек, — Камил рассмеялся. — Лера, конечно, привлекательная женщина, но мне как-то, знаете ли, ни к чему. А почему вы спрашиваете про неё?

В этот момент официант принёс заказ и поставил ароматные блюда на стол.

— Кучинская была убита.

— Убита? — лицо Тагиева вытянулось от изумления.

— Она о себе вам рассказывала? Про мужа, коллег? Может, была чем-то встревожена?

— Нет. Ничего. Мы мало говорили на личные темы.

— Савелий упоминал про какой-то случай с камнем, который Кучинская подняла с земли в Танжере.

— Да, да. Было такое. Но я не присутствовал. Лера потом смеялась над происшествием, а Савелий пытался её убедить, что это плохой знак.

— Вы в такое верите?

— В приметы? — Камил отправил в рот кусок шашлыка.

— Да.

— Я занимаюсь изучением племён Северной Африки, — мужчина замолчал, прожёвывая пищу. — Люди там суеверные. Много всяких подобных примет имеют. Но чтобы самому верить… — он задумался. — Сложно сказать.

— Как Кучинская отнеслась к истории с камнем? Испугалась?

— Да нет, говорю же вам, она шутила над этим.

— Но она же сама египтолог. Должна, наверное, знать о подобных… верованиях.

— Конечно. Но знать и верить — не одно и то же. Не думаю, что это вообще её как-то зацепило.

— Расскажите о случае в мечети. Вы были знакомы с женщиной, которая там погибла?

— О, и об этом знаете, — Камил хмыкнул. — М-да. Трагедия, конечно. Но деталями я не располагаю. Я познакомился с Аминой год назад. Она сама из Танжера, и когда я туда приехал, позвонил ей. Мы ходили в мечеть вместе с Филиппом. Там произошёл взрыв, и под полом нашлись древние реликвии. Хотел посмотреть. А на следующий день стало известно, что Амина убита, находки пропали.

— Вам о чём-то говорит чёрный воск? — решил спросить Саблин.

— Чёрный воск? — Камил пожал плечами. — Из него делают свечи.