Книга Магрибский колдун, страница 25 – Елена Леонова

— Привет, Филипп, как дела?

— Привет, Лёш. Нормально. Как сам?

— Порядок. Книгу пишешь, надеюсь? С последней нашей встречи сколько уже прошло, месяца три?

— Да, почти. Начал работать, — довольно сообщил Смирнов.

— О чём она будет?

— Ой, слушай, одним словом, так и не объяснишь. Но история будет крутиться вокруг Шара Дьявола.

— Я так и думал, — Саблин хмыкнул. — Монголы, пустыня Гоби, карты Таро^[15]?

— Ага. Ты же помнишь, как всё там у нас переплелось.

— Да уж, забыть сложно.

— Но я ещё решил начать писать диссертацию. Хочу получить докторскую степень.

— Во даёшь! Молодец!

— Спасибо.

— Ну, удачи тебе!

— А у тебя? Новое дело?

— И ещё какое, — майор затушил окурок в пепельнице.

— Только не говори, что ты мне поэтому и звонишь?

— Угадал. Есть минутка?

— Даже две, — Филипп рассмеялся.

— Я ошибаюсь, или ты недавно вернулся из Марокко?

— Нет, не ошибаешься, — в голосе писателя послышалось лёгкое напряжение, и следователь моментально его уловил.

— Там что-то случилось?

— Как ты узнал?

— Профессиональная чуйка. Так что?

— Ну… — Филипп замолчал на мгновение. — Случилось, да, но не со мной.

— Давай подробности.

Писатель быстро рассказал о взрыве в танжерской мечети, о знакомстве с археологом Аминой, о реликвиях, найденных в фундаменте, и загадочной смерти женщины. А в конце он упомянул о встрече с Ханной.

Услышав про Вильхельм, Саблин почувствовал, как «поплыл». Боевой настрой на раскрытие преступления исчез на мгновение, но майор быстро взял себя в руки. Сейчас нельзя переключаться! Не время для эмоций.

— Интересно, — произнёс он, — а на месте преступления в мечети были свечи или воск?

— М-м-м… Меня туда не пустили. Но, возможно, у Ханны есть более детальная информация. Хотя, когда мы с Камилем туда заходили и говорили с Аминой, я вроде видел какие-то свечи. Их нашли вместе с остальными реликвиями под мечетью.

— И они пропали?

— Так сказала Ханна.

— Понятно. А имя Валерия Кучинская тебе о чём-то говорит?

На другом конце провода наступила тишина.

— Валерия? — переспросил писатель.

— Да.

— Странно, что ты спрашиваешь, но да. Со мной на семинаре в Танжере была женщина с таким именем, но фамилию я её не знаю.

— Так, я тебе сейчас кину фото. Посмотри, — Саблин быстро сфотографировал на телефон снимок Кучинской из паспорта и отправил писателю. Несколько секунд он ждал.

— Это Лера, да, — подтвердил Филипп. — Что случилось?

— Ну… — следователь решал, как сформулировать произошедшее без углубления в детали.

— Её убили? — опередил его писатель.

— Да.

— Боже…

— Она может быть как-то связана с тем происшествием в мечети?

— Не думаю. Лера даже не знала о произошедшем. Я сам ей рассказал.

— И с тем археологом Кучинская не была знакома?

— Нет. Только Камил.

— Фамилию этого Камила знаешь?

— Не-а. Мы как-то так общались.

— А второго парня?

— Савелия?

— Да.

— Тоже не знаю. Но он как раз много проводил времени с Лерой, мне кажется. Они ходили гулять, вместе посещали панели.

— Ладно. Я понял.

— Как её убили?

— Ну, только без распространения.

— Само собой.

— Мы нашли тело в заброшенном доме. Кучинская лежала в круге зажжённых свечей, а на лице у неё был растоплен чёрный воск.

— Жесть какая, — вздохнул Филипп.

— Кучинская — египтолог. Она что-то говорила о работе? Или, может, знаешь, как свечи и воск связаны с её родом занятий?