Книга Лисий Омут, страница 36 – Елена Леонова

Под неутихающим ливнем следователи двинулись к деревне. Сквозь пелену дождя стали заметны живописно теснившиеся по сторонам старые бревенчатые домики, некоторые с облупившейся краской и прохудившимися крышами, другие аккуратные и крепкие, соседствовавшие с новыми пристройками. За покосившимися, местами прогнившими заборами виднелись подготовленные к зиме огороды и фруктовые деревья, их ветви после летнего урожая устало клонились к земле, создавая печальную картину поздней осени. Воздух был пропитан запахом дыма из печных труб и начинал смешиваться с плотным туманом, надвигающимся из леса. Тишина, нарушаемая лишь монотонным стуком капель по жестяным навесам и редким лаем собак, окутывала деревню, погружая в особую, меланхоличную атмосферу. Казалось, время здесь застыло, погружённое в сырую, умиротворённую дремоту, где каждый дом и каждый житель хранил историю, прячущуюся под низким серым небом.

Григорий Иванович повёл своих спутников по узкой улочке к центру Черногорки. Впереди показался сельский магазин из серого камня, рядом с ним – кирпичное здание школы. Они свернули и оказались перед двухэтажным деревянным домом с ярко-синей крышей. Снаружи строение явно нуждалось в ремонте: коричневая краска фасада поблёкла, перила крыльца частично сгнили, а в фундаменте зияли трещины. Грибник, поднявшись по ступеням, постучал. Дверь открыл широкоплечий мужчина лет сорока.

— Прохор, здоро́во! Тут к тебе люди из полиции, – выпалил Григорий Иванович, кивнув на своих спутников.

Мужчина бросил усталый взгляд на следователей, мо́кнувших под дождём, и молча впустил гостей в дом. В предбаннике, ёжась от холода и стряхивая капли с одежды, они сняли мокрые вещи и прошли в просторную комнату. В центре, на пёстром потёртом ковре, стояли стол со стульями, диван, укрытый зелёным шерстяным пледом, и пара кресел. В серванте у стены виднелась посуда, на тумбочке – телевизор. Светлые льняные занавески украшали окна. Напротив стола располагался проход в кухню, а оттуда – в хозяйские комнаты и к лестнице на второй этаж.

За столом сидел седой старик в очках, отложивший газету и внимательно изучавший незваных гостей. Услышав шум, из кухни вышла темноволосая женщина, а за ней – мальчишка-подросток. Прохор тут же строго попросил парня подняться к себе наверх.

— Проходите, – предложил он вошедшим, указывая на диван и стулья. Гости расселись.

— Прошу прощения за столь неожиданный визит, – начал капитан Карлов, – мы из полиции, как уже сказал Григорий Иванович.

— Я вас помню. И вас, – Прохор повернулся к Лыкову. – Вы вдвоём приезжали и задавали вопросы про… то, что я нашёл в лесу. Сейчас опять по этому же поводу?

— Да, – подтвердил Егор Михайлович. – Со мной коллеги из Москвы. Хотели ещё уточнить пару деталей.

Саблин быстро осмотрел комнату, задержав взгляд на старике за столом, внимательно смотрящего на следователя сквозь толстые стёкла очков, на женщине, застывшей в проходе между комнатой и кухней, и на Прохоре, крепком мужчине с обветренным лицом и мозолистыми руками, присевшим рядом со стариком. Майор пытался уловить хоть малейшую тень беспокойства на лицах хозяев дома. Он знал, что в таких ситуациях каждая деталь имеет значение.

— Меня зовут Алексей Саблин, – представился он, – майор криминальной полиции. Это моя коллега, капитан Максимова, – следователь показал на Дину, севшую рядом на диван. – Мы здесь, чтобы прояснить некоторые моменты, связанные с обнаружением мужчины в лесу. Как я понял, вы нашли тело? – Саблин обратился к Прохору.