Книга Лисий Омут, страница 33 – Елена Леонова

Капитан пожал плечами:

— Люди не ходят в лес каждый день, а на рыбалку – когда условия подходящие. Тут не всегда кто-то бывает, да и вообще нечасто. Рыбак, кстати, сказал, что обычно ловит ближе к деревне, но в тот раз решил подальше зайти, где вода почище.

— А почему так долго не сообщали о теле? – спросил Саблин, прищурившись.

— В каком смысле? – удивился Егор Михайлович.

— Тело нашли двенадцатого октября, а в Москву доложили только семнадцатого.

— А, ну так рыбак, обнаружив тело, сразу прибежал в Черногорку, позвонил в Вышний Волочёк. Связь там плохая, – капитан хмыкнул, – пока дозвонился, пока мы приехали, забрали тело, потом вскрытие делали, Лыков детали выяснял и связывался с Москвой – прошло два дня. Ну а дальше началась волокита с клиникой, уточняли личность – ещё время ушло. Вот и получилось несколько дней. Чего тут удивительного?

— А в деревне нет участкового?

— Был, но уехал в другой город. Нового пока не назначили. Да и деревня маленькая, никто туда ехать работать не хочет, – вздохнул Карлов, теребя бороду.

— Далеко ли отсюда Черногорка? – поинтересовался Саблин.

— Минут пятнадцать-двадцать пешком через лес, если знать дорогу.

— А следы шин не обнаружили? В материалах об этом ничего нет, – продолжил спрашивать майор.

— Нет, ни шин, ни подошв. Дожди шли, всё смыло, ничего не зафиксировано.

Саблин задумчиво кивнул, его взгляд скользнул по мокрой земле. Отсутствие каких-либо отпечатков, будь то от колёс или обуви, в такой местности, где, по словам Карлова, редко кто ходит, казалось ему подозрительным. Дожди, конечно, могли смыть многое, но полное отсутствие следов, даже самых слабых, вызывало вопросы. Он повернулся к Карлову, его голос стал тише, но настойчивее.

— Егор Михайлович, вы уверены, что никаких следов не обнаружено? Ведь даже на самой заброшенной дороге, если по ней проезжает машина, остаются хоть какие-то признаки. Может быть, их просто не заметили или не придали значения?

Карлов снова пожал плечами.

— Мы же вам говорим, товарищ майор, – с лёгким раздражением в голосе произнёс Лыков, – всё тщательно осмотрено. Тут работала наша оперативная группа. Ничего. Абсолютно ничего. Ни колёс, ни ботинок.

Саблин бросил на старшего лейтенанта внимательный взгляд, а затем вновь обратился к Карлову.

— А тот рыбак… он один был, когда нашёл тело?

— Да, один, – быстро ответил за капитана Лыков, – вся эта информация есть в отчёте.

Карлов кашлянул, уловив несдержанность подчинённого, способную обернуться неприятностью, и добавил:

— Рыбак наткнулся на тело на рассвете, туман ещё стоял, а потом сразу побежал в деревню.

— И никого другого поблизости? Никаких людей? – Саблин, конечно же, прочитал отчёт, однако хотел лично услышать детали от капитана. И не зря хотел. Недоброжелательность Лыкова сперва показалась ему понятной – чужаки лезут в дела местных, однако теперь в его нервозности и резкости Саблин начал видеть нечто другое. Но пока решил не развивать своё наблюдение, а присмотреться к старшему лейтенанту.

— Нет, ничего такого. Рыбак говорил, вокруг была только тишина и туман, – Егор Михайлович засунул руки в карманы и вновь прокашлялся.

Саблин окинул взором лес вокруг, показавшийся ему ещё мрачнее прежнего. Тёмные ели, словно гигантские свидетели, хранили молчание. Он чувствовал: за этой кажущейся простотой и естественностью скрывается что-то более сложное. Отсутствие следов, глухое место, маленькая деревня без участкового – всё складывалось в мозаику, не дававшую пока полной картины.