Книга Лисий Омут, страница 126 – Елена Леонова

Дело об усадьбе Тучкова стало не просто расследованием преступления, а глубоким погружением в человеческую природу, обнажившим её самые тёмные стороны. Оно показало, как жадность, амбиции и страх могут толкнуть людей на путь насилия и предательства, разрушая их жизни и жизни окружающих. Валентин Можаев, Ирма Грекова, Антон Борисович Вето́шкин, Пётр Лыков, Арсений Кузнецов и Лидия Левашова – каждый из них стал жертвой собственных пороков и непредвиденных обстоятельств, оказавшись втянутым в водоворот событий, приведших к трагическому финалу.

Саблин и его команда стояли на открытом перроне, ожидая прибытия поезда, следовавшего по маршруту Санкт-Петербург – Москва. На платформе царила привычная суматоха: слышался гомон голосов, суетились и спешили отъезжающие, пытаясь найти нужные пути. Сильный холодный ветер яростно дул в лицо, заставляя пассажиров плотнее натягивать шапки и капюшоны, а в воздухе разносились запахи раскалённого металла, едкого дыма и ароматы сладковатой выпечки из вокзального буфета.

Синицын нетерпеливо переминался с ноги на ногу, устремив взгляд вдаль, на железнодорожное полотно. Максимова рядом уткнулась в объёмный красный шарф и застыла в задумчивости.

Капитан Карлов, сняв перчатку, протянул руку Саблину.

— Товарищ майор, был рад знакомству.

— Взаимно, Егор Михайлович, – майор ответил рукопожатием. – Надеюсь, дальше у вас всё будет спокойно.

— Да, не хотелось бы повторения подобных событий, – согласился Карлов. – Дело вышло непростое, и, призна́юсь, без вас и вашей команды мы бы вряд ли его раскрыли, – эти слова прозвучали искренне и сердечно, выражая глубокую благодарность.

Саблин едва заметно улыбнулся.

— Мы сделали это вместе.

— Верно, – сказал Карлов. – Но именно вы в последний момент догадались, что Тихон Васильев – потомок монаха Авеля. Я упустил.

— Просто пришла мысль, когда увидел имя Авеля, данное при рождении, – Василий Васильев, – прокомментировал Саблин. – Фамилии совпали, и возникло предположение.

— И это сразу многое объяснило, – Карлов тихо рассмеялся, морщинки вокруг его глаз стали глубже. – Не зря о вас говорят как об одном из лучших следователей.

Вдалеке послышался гудок поезда. Синицын подошёл к Карлову.

— Всего доброго, товарищ капитан.

— И вам, старший лейтенант. Держитесь за своё место, – Егор Михайлович глянул на Саблина. – Рядом с таким профессионалом есть чему учиться.

Синицын кивнул.

— До свидания, – Максимова поправила сумку на плече.

Карлов подмигнул ей.

Поезд прибыл на станцию. Двери вагонов распахнулись, и на перрон хлынул поток пассажиров. Следователи предъявили паспорта проводнику и вошли в вагон, разыскивая свои места. Убрав багаж на полку, они заняли сиденья. Саблин устроился у окна, рядом с ним сел Синицын, а Дина расположилась напротив майора. Саша тут же надел наушники и погрузился в музыку. Вскоре поезд тронулся. За окном медленно поплыла платформа, на которой всё ещё стоял капитан Карлов, провожая взглядом удаляющийся состав.

Локомотив набирал ход, унося майора Саблина и его команду прочь от места, где только что завершилось сложное дело. Снаружи замелькали огни города, постепенно сменяясь тёмными силуэтами деревьев и полей.

Синицын, сняв наушники, повернулся к Саблину.

— Товарищ майор, а ведь Карлов прав. У вас действительно талант. Как вы только догадались про Тихона? Я же тоже знал мирское имя монаха Авеля, но фамилии не сопоставил.

Саблин задумчиво посмотрел в окно, где отражался свет лампы в купе.

— Иногда, Саша, ответы лежат на поверхности, просто мы их не замечаем, увлечённые поиском чего-то более сложного. Это не талант, а внимательность к деталям.

Поезд мерно стучал колёсами, убаюкивая. Синицын снова надел наушники, но, казалось, не слушал музыку, а просто погрузился в свои мысли. Максимова наблюдала мелькающие за окном пейзажи.

Саблин откинулся на мягкое сиденье и закрыл глаза. Впереди была Москва, новые дела, новые вызовы. Он знал, что его команда готова к любым испытаниям, и это придавало ему сил. Путешествие домой предстояло недолгим, но обещало отдых после напряжённой работы, а кроме того, возможность спокойно осмыслить пережитое, ведь каждое раскрытое дело – не конец, а лишь начало нового пути, полного загадок и неожиданных поворотов. И майор Саблин был готов пройти этот путь до конца вместе со своей командой.