Книга Наследники Императора, страница 127 – Анна Сешт

Нэбвен вздохнул, устало потирая основание правого рога.

— Я разделяю твои подозрения, царевич, но давай взглянем шире. У нас недостаточно сил, чтобы добраться до Ликира и подвергнуть его справедливому наказанию. Здесь мы должны полагаться на решение и помощь Владыки. Но я сейчас не только об этом. Если мы собираемся присоединить эту территорию к землям Империи в качестве репараций, мы должны быть справедливы и действовать согласно Закону Таур-Дуат. Люди деревни помогали нам по мере сил на протяжении всего нашего здесь пребывания, как помогают и сейчас. За эту помощь градоправитель Леддны хотел наказать их. Верность их достойна некой награды. Мы не можем покарать всех, не имея доказательств. К тому же, когда присоединение земель происходит по воле жителей – такие союзы намного крепче, чем те, что вершатся силой страха. Подумай, готов ли ты сжигать земли не врагов своих, а подданных?

— Знаю я, знаю, что всё не так просто, – резко ответил Ренэф, нервно запуская руку в волосы. – Но что прикажешь делать? Убийца не найден. Никто не поручится, что он не попробует напасть снова. И по вине этого человека погиб мой телохранитель!

Нэбвен развязал один из мешочков на поясе, высыпал содержимое на ладонь и показал царевичу осколки тонкого золотистого стекла. Их было немного – видимо, кто-то в суматохе наступил на расколотый фиал. Или то был не фиал?

— Найти удалось совсем мало. Но, с твоего позволения, я бы показал это старосте Сафару. Наши воины обыскивали людей, прежде чем впустить их в лагерь. «Вздох» сложно распознать даже тем, кому приходилось видеть его раньше, а таких вообще немного. Однако люди могут что-то вспомнить.

— Согласен, – коротко кивнул Ренэф. – Ты уже допросил пленников?

— Конечно же, первым делом. Среди них есть и воины из Леддны, но в основном наёмники. Эти-то с лёгкостью выдали своего господина и даже просились к тебе в услужение.

— Ни за что! – юноша возмущённо фыркнул.

— Я тоже подумал, что ты не согласишься, – усмехнулся Нэбвен и добавил невесело: – Но тогда остаётся только одно…

Повисло неловкое молчание. Ренэф думал о том, что ему ещё не доводилось принимать решение о чьей-то казни. Он думал о селянах, проявивших к его воинам гостеприимство, о солдатах, выполнявших приказы, и о наёмниках, сражавшихся за чужое золото или привилегии. В военные времена Таур-Дуат тоже привлекала наёмные силы, да и эльфы этим не гнушались. Но часто в наёмники уходили бывшие разбойники, совершавшие набеги на границы Империи или помогавшие мятежным племенам.

Наёмниками были и те, кто напал на Хэфера.

— Сколько их?

— Двадцать восемь человек. Из них двенадцать солдат.

Ренэф очень хотел принять верное решение. Сосредоточенно он вспоминал примеры из древних источников, но как назло ничего не шло на ум. Это раздражало его даже больше, чем слова Нэбвена. Но ведь военачальник был прав! Как ни хотел он наказать людей за нападение, а часть их ведь была теперь почти что подданными Таур-Дуат.

— Как велики наши потери? – уточнил царевич.

Военачальник рассказал, что погибло девять солдат из шестидесяти, охранявших лагерь, и четверо – из сорока, охранявших деревню. Основной удар пришелся на лагерь. В селении наёмники вообще не ожидали встретить сопротивление. Нехотя Нэбвен добавил, что потери, возможно, увеличатся, если целители не справятся с особенно серьёзными ранами у некоторых солдат.