Книга Влюбленный капитан, страница 52 – Минерва Спенсер

— Не могли бы вы его открыть?

Сара отодвинула сундук от стены, отстегнула три ремня и подняла крышку. Внутри сверху лежали какие-то вещи, а под ними — книги.

— Дайте, пожалуйста, книгу в обложке из коричневой телячьей кожи. Там еще маленькая шкатулка орехового дерева. И еще, будьте добры, подайте мне очки: боюсь, без них я мало что смогу прочесть.

В шкатулке обнаружилось три пары очков, и Сара спросила:

— Которые?

— Они все одинаковые. Я испортил себе зрение в детстве — мальчишкой слишком много читал при свече. И теперь, если приходится читать без очков, начинает страшно болеть голова.

Сара смотрела на очки, и внезапно ее осенило:

— Не могли бы вы одолжить мне одну пару? Мне в последнее время тоже нелегко подолгу читать.

— Забирайте. Это не слишком корректно с моей стороны, но зато утешает, что я не единственный на этом корабле не слишком зрячий. — Он раскрыл книгу, нацепил очки в серебряной оправе на свой орлиный нос и, указывая на страницу, полную непонятных фигур и чисел, сказал: — Вот, смотрите.

Сара вполуха слушала его маловразумительную лекцию: все ее мысли были сосредоточены на маленьких стеклянных кружочках в искусно сделанной металлической оправе.

Когда в дверь постучали, Мартен был занят чисткой пистолетов — это ему нравилось делать самому, — и, прищурившись, он взглянул на хронометр на столе: половина десятого.

Ожидая увидеть Бовиля или Даниелса, он крикнул:

— Войдите!

Увы, это была мисс Фишер, как теперь мысленно он ее называл, а мысли его обращались к ней слишком уж часто, несмотря на то, что ему уже не приходилось каждое утро находиться с ней в одной каюте.

Он убрал смазанный пистолет в футляр, не отрывая от гостьи взгляда, которая при виде оружия покраснела до корней волос.

— Чем могу быть полезен, мадемуазель Фишер? — спросил Мартен чуть резче, чем хотелось бы.

Сара закрыла за собой дверь, и брови Мартена поползли вверх. За исключением той первой ночи они еще ни разу не оставались у него в каюте вот так, наедине.

Сара сунула руку в карман уродливого коричневого платья и извлекла нечто, обернутое марлей.

— Вот, наденьте.

Мартен взглянул на предмет у нее в руке, а потом на нее саму.

— Очки?

— Да, сегодня утром, когда Миз… то есть капитан Грааф сказал, что испортил зрение из-за того, что в детстве слишком перенапрягал глаза, мне пришло в голову, что… возможно, и у вас та же проблема. Вы же так долго всматриваетесь в море… Я заметила, что у меня каждый раз начинает болеть голова, когда я слишком много времени провожу на палубе, глядя на воду. — Сара осторожно отогнула тонкие металлические дужки и протянула ему очки. — Вот, примерьте.

Мартен несколько раз перевел взгляд с лица Сары на очки и обратно и, лишь убедившись, что она не издевается над ним, принял их, но надеть все еще не решался. Ему всегда казалось, что очки страшно уродуют.

— Примерьте, — повторила Сара и, схватив книгу, положила перед ним на столе.

Мартен нахмурился: что она задумала? — а Сара рассмеялась:

— Какой же вы самовлюбленный павлин!

У Мартена покраснело все, что можно, от осознания ее правоты. Его действительно очень волновала собственная внешность.

— Никто, кроме меня, вас не увидит. Прошу вас, просто примерьте.

Мартен с недовольным вздохом нацепил очки, подняв до самой переносицы, чтобы дотянуться дужками до ушей, и моргнул, глядя на расплывающееся лицо Сары.