Книга Сестра Солнца, страница 43 – Юдит Готье

— Из принцев Нагато, Сатсумы, Уэсуги и Сатакэ.

— Хорошо, – сказала Кисаки, отпуская жестом гонца. – Эти вельможи соскучатся в ожидании дня приема, – продолжила она, обращаясь к собравшимся вокруг нее принцам. – Микадо, мой божественный господин, со всеми своими женами и двором в летнем дворце; даири почти пусто. Тзусима, пойди-ка за этими принцами и приведи их сюда: они примут участие в наших играх. Пусть приготовят в их распоряжение несколько павильонов в ограде дворца, – прибавила она, обращаясь к своим женщинам.

Были отданы приказания по дому, и принц Тзусима удалился с глубоким поклоном.

Даири находился всего в получасе ходьбы от летнего дворца; следовательно, чтобы сходить туда и обратно, нужен был час.

— Приготовьте новых бойцов! – сказала Кисаки.

Птичники выкрикнули имена бойцов:

— Золотая Шпора!

— Соперник Молнии!

— Золотая Шпора, – это новичок, – сказала царица. – Я держу пари за Соперника Молнии. Я считаю его непобедимым: он убил Коралловый Клюв, который сокрушил многих противников.

Все присутствующие присоединились к царице.

— Если так, – сказала она, смеясь, – я иду одна против вас всех; я стою за удачу Золотой Шпоры.

Битва началась. Соперник Молнии бросился с быстротой, которая заслужила ему имя. Обыкновенно с первого же удара он сшибал с ног противника, но на этот раз он отступил, оставив несколько перышек в клюве своего противника, в которого не попал.

— Хорошо, хорошо! – закричали со всех сторон. – Золотая Шпора начал прекрасно!

Несколько вельмож уселись на корточках, чтобы следить за боем вблизи.

Птицы снова налетели друг на друга. Но на этот раз ничего не было видно, кроме кучи взлетевших перьев, потом Соперник Молнии упал с окровавленной головой, а Золотая Шпора гордо попирал одной ногой побежденного врага.

— Победа! – вскричала Кисаки, захлопав в ладоши своими маленькими ручками молочного цвета. – Золотая Шпора – царь дня, теперь ему принадлежит почетное ожерелье.

Одна из принцесс пошла за лакированным черным ящичком, в котором лежало золотое кольцо, украшенное рубинами и коралловыми бусинками; на нем висел хрустальный бубенчик.

Победителя принесли к царице, которая взяла ожерелье и надела его птице на шею.

Было еще несколько битв, но Кисаки была очень рассеянна и едва обращала на них внимание: она прислушивалась к разнообразным лесным звукам; ее, казалось, раздражало журчание ручья, который мешал ей ясно расслышать слабый отдаленный шум. Может быть, это был легкий лязг сабель, висевших у пояса вельможи, скрип песка в аллеях под многочисленными ногами, шум раскрываемого и закрываемого веера. Пролетавшее насекомое или птица заглушали этот едва уловимый шум. Тем не менее вскоре он стал яснее, и все расслышали его. К нему примешивались человеческие голоса.

— Вот посланники! – сказал Симабара.

Немного погодя послышался лязг оружия, которое отцепляли принцы, прежде чем явиться к царице.

Из дома вышел Тзусима и доложил о благородных посланниках, которые явились и распростерлись перед Кисаки.

— Встаньте, – живо сказала молодая женщина, – и узнайте правила, которые царят при нашем маленьком цветочном дворе. Отсюда изгнан церемониальный этикет, и на меня смотрят как на старшую сестру. Каждый пользуется свободой без стеснения; единственное занятие – это выдумывать новые развлечения; здесь пароль – веселье.