Книга Северный роман, страница 56 – Полина Вишневская

Он молчит.

— Что скажешь? — спрашиваю, съёживаясь под его пристальным взглядом. — Негоже впускать и молчать. Гостья у тебя, будь хозяином.

Его челюсть напрягается, но он продолжает молчать.

Чёрт, я совершила ошибку.

Не до ссоры, сдаюсь.

— Визит был приятным. Спасибо за гостеприимство.

Он проходит мимо, мягко берёт меня за локоть. Мы стоим рядом.

— Кофе? — тихо спрашивает он.

— Давай, — соглашаюсь я.

Его пальцы разжимаются, тепло уходит, но кожа как будто помнит. По спине пробегают мурашки, становится неловко.

Он разворачивается и идёт на кухню. Я не могу отвести взгляд. Широкая спина, уверенные шаги, напряжение в плечах.

Шумит вода. Аромат свежемолотого кофе смешивается с его запахом — мыла, пота после тренировки и чего-то древесного. Голова кружится.

Он снимает кружки с крючков, достаёт торт. Шоколадный, высокий, с кремовыми разводами.

— Это торт? — голос дрожит.

Он молча режет, кладёт два куска, ставит вилки, несёт к столику. Кофемашина пищит — готово.

Разливает, пар поднимается. Спрашивает низким голосом:

— Молоко, сахар?

— И то, и то, — отвечаю дрогнувшим голосом.

Он садится на диван, ставит кружки, поднимает на меня спокойные, но тяжёлые глаза.

— Сядешь или весь вечер стоять будешь?

— Сам виноват, сделал неудобно, — бурчу и сажусь. — В твоём доме дышать можно?

— Дыши.

— Ого, заговорил.

Он откидывается, кладёт руку на спинку дивана рядом с моей головой. Внутри всё сжимается.

Я хлопаю себя по бёдрам — громко, нервно.

— Ну? Будем пялиться?

Молчание давит. Я касаюсь его бедра. Мышцы напряжены, как камень.

— Что с тобой? Говори со мной. Хоть слово.

Он наконец выдыхает:

— Ты сегодня вечером прекрасна, Вера.

У меня перехватывает дыхание.

— Признаёшься, что нравлюсь? — пытаюсь шутить, но голос дрожит.

Он поднимает мой подбородок:

— Ты знаешь, что да.

И… зачем я вообще пришла?

Мысли только о нём. Его запах, тепло, взгляд. Желание накатывает: тело горит, кожа чувствительна, соски трутся о одежду, между ног пульсирует.

Пожалуйста, не делай глупостей.

* Родион *

Москвичек, которые меня разговорили: одна.

С первой минуты, как увидел ее, знал — проблем принесет, но почему-то цепляюсь за эти проблемы и пытаюсь сделать их своими.

Весь день о ней думаю.

С тех пор, как домик ее покинул, думаю.

Как рука ее утром по груди гладила — тепло, нежно, пальцы дрожали слегка. Тело ее горячее рядом прижималось — мягкость бедра к моему, дыхание ровное во сне. Объятия перед уходом — крепкие, долгие, щека ее у сердца, запах шампуня в волосах. Ее признание…

Мое признание.

В кофейне днем я почувствовал, что мы знакомы давно. Это было неожиданно. Я потерял контроль над собой.

Когда я говорил о прошлом с почти незнакомой девушкой? Никогда. Но полчаса назад скрипнули ворота — я знал, что это она. Почувствовал мгновенно. Увидел глаза — в них были искры, вызов, тепло, и не смог бы оттолкнуть её, даже если бы хотел. Все, что всколыхнулось во мне, снова всплыло на поверхность.

Молчать было единственным способом не рассказать всё. Но моя тактика на исходе.

Вера отводит взгляд, играет с волосами. Нервно накручивает пряди на палец, но делает это кокетливо.

— Значит, я тебе нравлюсь. Хорошо знать. Ты тоже ничего.

Боже, она была такой милой — губы чуть приоткрыты, щёки порозовели, глаза блестели.