Книга Хозяйка Кленовой Долины, страница 5 – Ayashka Ahmedova

Ему было двадцать пять. Мужчина в самом расцвете своей силы, крепкий, с четко очерченными мускулами рук, которые сейчас напряглись, сильнее сжимая полотенца. Его дыхание заметно участилось.

— Выйди... — мой голос сорвался на сиплый шепот, хотя мне хотелось кричать. На щеках вспыхнул пунцовый румянец — не то от стыда, не то от того, как он на меня смотрел. Этот взгляд буквально раздевал меня, заставляя кожу покрываться крупными мурашками вопреки горячей воде.

Нейтен сглотнул. Его кадык дернулся. Вместо того чтобы сразу развернуться, он сделал короткий шаг вперед, словно завороженный зрелищем моей мокрой, сияющей кожи и разметавшихся по краям ванны рыжих волос. На мгновение мне показалось, что он сейчас подойдет и коснется меня. Между нами словно натянулась невидимая струна, готовая лопнуть от любой искры.

— Прости, — наконец глухо, хрипло выдавил он.

Нейтен резко развернулся, едва не уронив полотенца, шагнул обратно в спальню и с грохотом закрыл за собой дверь.

Я осталась сидеть в воде, тяжело дыша и прижимая руки к бешено колотящемуся сердцу. Мое тело до сих пор помнило тепло его взгляда. Это была не просто неловкость. Это была чистая, концентрированная страсть, которая напугала и одновременно возбудила нас обоих.

К ужину я спускалась с высоко поднятой головой, хотя внутри всё дрожало от волнения. Я надела простое, но элегантное закрытое платье темно-зеленого цвета, а влажные волосы собрала в тугую косу.

В столовой на первом этаже дядюшка Барнаби уже накрыл стол: простая глиняная посуда, запеченный картофель с мясом и свежий хлеб. Нейтен уже сидел за столом. При моем появлении он резко поднялся, демонстрируя идеальные столичные манеры, которых я от него никак не ожидала.

Ужин проходил в полном молчании. Барнаби тактично удалился, оставив нас наедине. Наконец, когда с едой было покончено, Нейтен отодвинул свой бокал с водой и посмотрел мне прямо в глаза. На его лице не осталось и следа дневной насмешливости.

— Жаклин, — заговорил он, и его низкий голос заставил меня вздрогнуть. — Я хочу извиниться за то, что произошло наверху. Я действительно не знал, какую комнату ты займешь. Старик не предупредил меня. Мои действия не имели под собой умысла оскорбить твою честь.

Я сделала глоток чая, стараясь, чтобы мои пальцы не дрожали. Его взрослый, уважительный тон подкупал. В двадцать пять лет этот мужчина умел признавать свои ошибки.

— Извинения приняты, Нейтен, — спокойно ответила я, хотя перед глазами снова встала картина того, как он стоял на пороге моей ванной. — Давай просто забудем об этом. Нам предстоит много работы, если мы хотим успеть подготовить Оскара к скачкам.

Он медленно кивнул, но в глубине его глаз я увидела опасный огонек. Мы оба знали, что забыть это зрелище ни один из нас уже не сможет.

Нашу затянувшуюся паузу прервал оглушительный грохот колес и заливистый лай Ника во дворе. К дому с шумом подкатил роскошный, крытый городской экипаж.

Дверь столовой распахнулась, и на пороге появилась ОНА.

— Жаклин! О боги, дорогая моя, я едва не сломала каблук на твоей проклятой разбитой дороге! — раздался звонкий, жизнерадостный голосок.

Виола. Моя лучшая подруга. Настоящая городская кокетка, одетая по самой последней моде в пышное дорожное платье лавандового цвета, с кокетливой шляпкой на бок и кучей саквояжей, которые за ней еле поспевал нести ошарашенный дядюшка Барнаби.