Книга Огонь. Эйвери и Ривер, страница 55 – Ребекка Яррос

Мое сердце вновь шумно заколотилось, разгоняя жизнь по венам. Она переезжает. Она привезла Эделин. Она остается.

— Когда мы поворачивали к дому, я испугалась… ну, что встречу здесь другую женщину. Потому что упустила тебя, как дура.

Я сделал шаг вперед, и она выставила руку, отступая и качая головой.

— Нет, я уже говорила, что не могу думать, когда ты ко мне прикасаешься.

Неимоверными усилиями я сумел удержать себя на месте.

— А потом я вышла из машины и увидела клумбы, – прошептала она, а затем улыбнулась так радостно, что ее лицо засияло. – Увидела качели у крыльца – и сразу поняла.

— Что ты поняла? – спросил я. Мне нужно было услышать эти слова.

— Поняла, что ты не смирился. Это все еще наш дом, хоть я и оттолкнула тебя. Поняла, что ты меня все еще любишь.

Я чуть не расхохотался.

— Я любил тебя все эти семь лет, и одного месяца явно недостаточно, чтобы все забыть. Потребовалась бы не одна вечность.

Ее грудь резко поднялась и опустилась – она боролась с эмоциями.

— Слава Богу. – Голос Эйвери дрогнул. – Я так сильно тебя люблю… Не знаю, что бы со мной стало, если бы ты меня разлюбил.

Три шага – и она в моих объятиях, наши губы слились в отчаянном и жадном поцелуе. Не думал даже, что он окажется таким страстным, огонь между нами никуда не делся. Я поднял ее, и она обхватила меня ногами – я чувствовал спиной ее босые ступни. Я усадил Эйвери на стол.

— Я безумно скучал по тебе, – выдохнул я, целуя ее шею и грудь, которую открывал сарафан.

— Ривер… – простонала она, запуская пальцы в мои зачесанные назад волосы. – Я не могу думать.

— Ну и хорошо. – Я провел рукой вверх по сарафану, поглаживая бедро. – Я позволил тебе слишком много думать, и видишь, к чему это привело. С этого момента никакого разума, только чувства.

Эйвери положила мне руку на сердце.

— И что же ты чувствуешь?

Я улыбнулся, наполняясь таким счастьем, которого, думал, уже никогда не узнаю.

— Что я буду любить тебя до самой смерти.

— Хорошо. А теперь тебе лучше поторопиться, примерно через час придет Эдди.

— Что ж, придется привыкать к ребенку в доме, – рассмеялся я и поцеловал ее, а мои пальцы скользнули под трусики. – Но я не успел принять душ.

— К черту душ! – Она сорвала с меня футболку и шумно вдохнула, когда я провел пальцами от влажного лона к клитору. – Только не останавливайся.

— Еще чего! После отъезда с Аляски я лишь о тебе и думал.

Я стянул с нее трусы, бросил на пол рядом свои шорты. Сейчас я войду в нее и буду трахать до тех пор, пока даже мысль о том, чтобы снова уйти от меня, не покажется ей невозможной; а потом буду заниматься с ней любовью до тех пор, пока она не согласится выйти за меня замуж.

— Черт, презервативы наверху, – вспомнил я.

— Я на противозачаточных, – пробормотала она, тяжело дыша. – Давай, Ривер.

Я задрал ее подол к талии, сперва толкнулся легонько, а затем вошел в полную силу.

О да!

— Я и представить не мог, – выдохнул я между поцелуями, – что может быть так хорошо вместе.

Упираясь пяткой мне в задницу, она сильнее прижалась бедрами. Я застонал и оставил разговоры. Мое тело и так скажет все, что нужно. Каждый толчок был моей клятвой любви, каждый поцелуй – мольбой никогда не покидать меня.

Каждый вздох, сорвавшийся с ее губ, рассказывал о том, как сильно она по мне скучала. Каждый ноготь, впивавшийся в мою кожу, убеждал, что она хочет этого не менее отчаянно, чем я.