Книга Над темной водой, страница 92 – Алексей Макеев, Николай Леонов

— Да он тогда, как я поняла, уже в полиции и не работал, — вставила свое слово Наталья. — Зачем ему это надо было — непонятно.

— А может, он просто совестливый человек и хотел хотя бы для себя, для своего спокойствия, справедливость восстановить? — заметил Гуров.

— Свою совесть таким образом не успокоишь, — хмуро буркнул Вадим. — По себе знаем. Мы с Натахой эту свою совесть столько лет пытались утихомирить, а она все равно нам покою не давала. Может, хотя бы с вашим приходом все на свои места встанет, а мы спать спокойней будем.

— Наверное, вы правы, — вздохнула Наталья, посмотрев на Гурова. — Сколько бы лет ни прошло, а справедливость должна быть, и виновный должен нести наказание. Даже если прошло целых сто лет… Мы вот с Вадимом хотя и не совершали никакого убийства, а у меня все эти годы на душе молчание огромным камнем лежало. А теперь вроде как легче стало. Вот выговорилась — и теперь знаю, что не зря все эти воспоминания в себе столько лет носила. Накажут теперь этого убийцу. Накажут ведь? — с надеждой в глазах посмотрела она на Льва Ивановича.

— Обязательно накажут, — заверил ее Гуров.

Задав Рябцевым еще несколько уточняющих вопросов касательно внешности подозреваемых, Гуров предупредил, что это не последний их с ним разговор и в ходе расследования могут понадобиться еще какие-то уточнения.

— Вы уж меня извините, — протягивая руку на прощание, неожиданно обратился ко Льву Ивановичу Вадим.

— За что? — не понял Гуров.

— Ну что сразу не поверил, что после стольких лет справедливость может быть восстановлена. Знаете, я столько раз обжигался в этой жизни, что мало верю в правду и справедливость.

— Ничего, — улыбнулся в ответ на его признания Лев Иванович. — Не вы первый, не вы последний. Я тоже не один раз сталкивался и с несправедливостью, и с ложью. И обжигался не раз и даже не десять раз. Так что вас вполне даже понимаю. Главное — мы с вами вместе сейчас делаем одно большое и правильное дело, которое накажет виновного и… И, возможно, спасет не только репутацию, но и жизнь еще одного человека.

Выйдя от Рябцевых, Лев Иванович вдруг вспомнил, что, включая диктофон для записи беседы, он одновременно выключил звук на своем телефоне. Это было старой, устоявшейся привычкой, о которой он в последнее время стал забывать. Вернее было бы сказать так — забывал он не отключать звук телефона, а заново его включать. А включать было надо. Гурову звонили постоянно, и все звонки всяк по-своему были важны.

Теперь же, вспомнив, что он отключил звук на гаджете, он сразу же достал телефон и первым делом проверил, не звонил ли ему кто за те полтора часа, что он пробыл у Рябцевых. Оказалось, что звонка было целых три. Самих звонков было, конечно же, больше, но все они были от трех разных людей, а потому Лев Иванович считал их только за три.

Первым делом Гуров решил перезвонить Олегу Машину, которому он поручил найти Скачкова и того человека, которого видели вместе с Василием, когда тот звонил своей сестре из кафе, расположенного в конном клубе «Торпин голд» в Архангельском.

— Олег, извини, был занят, — сразу же решил объяснить свое молчание Лев Иванович. — Что у тебя нового? Угу, понял…

Гуров выслушивал донесение Машина несколько минут, не прерывая его и не задавая вопросов, потом сказал: