Книга Над темной водой, страница 147 – Алексей Макеев, Николай Леонов

Крячко не ответил сразу. Он посмотрел на распечатки, потом в окно, где над Москвой нависали тяжелые осенние тучи. Он вспомнил все их совместные дела, все моменты, когда интуиция Гурова казалась бредом, а потом оказывалась единственной правдой. Он вспомнил, как они вдвоем ломали, казалось бы, неприступные алгоритмы системы. Он медленно кивнул.

— Я всегда тебе доверял. Даже когда твои идеи казались полным бредом. Потому что ты не ищешь легких путей. Ты ищешь правильные. Делаем по-твоему. Я организую оперативную группу для задержания. Чисто, громко, с протоколами. А сам буду смотреть, кто начнет улыбаться в сторонке.

Кабинет для допросов в ИВС на улице 26 Бакинских Комиссаров был типовым, как и тысячи других по стране. Небольшое помещение, стены, выкрашенные масляной краской, стол, два стула по одну сторону, один — по другую. Запах старой пыли, дезинфекции и человеческого страха, въевшегося в штукатурку. Анна Соколова сидела на одиночном стуле, сгорбившись, как будто пытаясь стать меньше. На ней была серая спортивная кофта, выданная в изоляторе, поверх ее собственной одежды. Руки она держала скрещенными на коленях, пальцы были белыми от напряжения. Рядом с ней, соблюдая положенную дистанцию, стояла сотрудница ИВС.

Гуров и Крячко вошли одновременно. Крячко нес под мышкой синюю папку с материалами. Гуров — только блокнот и ручку. Они сели напротив. Сотрудница кивнула и вышла, прикрыв дверь. В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая только приглушенным гулом вентиляции.

— Анна Сергеевна, — начал Гуров, открывая блокнот. Его голос был ровным, без угрозы, но и без сочувствия. Чистая процедура. — Вы задержаны в качестве подозреваемой по статье 105 УК РФ — убийство. Вам разъяснены права, предоставлен адвокат по назначению. Вы подтверждаете, что отказываетесь от адвоката на данный момент и готовы давать показания?

Анна кивнула, не поднимая глаз. Ее губы дрожали.

— Дайте устный ответ для протокола, пожалуйста.

— Да… подтверждаю, — прошептала она.

Крячко открыл папку и положил перед ней стопку распечаток. На верхнем листе были видны строки логов с временными метками и запросами.

— Анна Сергеевна, — сказал Крячко. — Перед вами результаты экспертизы сетевой активности ресторана «Императорский вкус». Здесь зафиксированы все поисковые запросы, совершенные с вашего смартфона через Wi-Fi ресторана в период с десятого по четырнадцатое октября. Ознакомьтесь.

Она медленно подняла глаза на бумаги. Взяла верхний лист дрожащими руками. Читала молча. Цвет сходил с ее лица, пока не стал землисто-серым, почти как у трупа Верещагина, но от другого, живого ужаса.

— Это… это не я, — выдохнула она. — Я таких запросов не делала. Не могла!

— Анна Сергеевна, — мягко, но настойчиво перебил ее Гуров. — Техническая экспертиза однозначно устанавливает: запросы шли с вашего устройства, с вашего MAC-адреса, в указанное время. Устройство не было взломано удаленно — для этого потребовался бы физический доступ или очень сложные, заметные в логах действия. Их нет. Вы ранее показывали, что теряли телефон на работе примерно в этот период. Мог ли кто-то воспользоваться им в ваше отсутствие?

— Нет! То есть… я не знаю! На пять минут, на десять… но чтобы набрать все это? — Ее голос сорвался на крик, она отшвырнула лист, как обжигающий. — Это бред! Я не искала, как убить! Я хотела… я хотела ему насолить, да! Но не убить!