Книга Жена криминала, страница 91 – Маша Драч

Мы с Витей снова пересекаемся взглядами. Он украдкой сплетает наши пальцы, и мне сразу становится легче.

— Поль, я не знаю, как правильно. Мы за столом ещё не ели с таким маленьким ребёнком, — Яра кивает на Снежку. — Отдельного стульчика нет. Что лучше — вилка или ложка?

— Всё нормально. Вилкой мы уже хорошо пользуемся. Я сама расставлю посуду. У нас всегда один порядок, так Снежке легче ориентироваться.

В четыре руки мы быстро справляемся.

Когда рассаживаемся, Богдан начинает капризничать, и Стас передаёт сына Яре.

— Мамочка, котик! — Снежка находит мою руку. — Да? Котик?

— Нет. Это маленький ребёнок.

— Почему он не говолит?

— Потому что он ещё совсем маленький. Ты, когда была такой, тоже не разговаривала.

Снежка задумывается, а потом серьёзно спрашивает:

— А как он зовёт маму? Мяу-мяу?

За столом раздаётся смех.

— Малая явно в тебя пошла, Зима, — хмыкает Стас. — Бьёт не в бровь, а в глаз.

— Это малыш Богдан, — улыбаюсь я.

— Снежка, хочешь познакомиться с нашим Бо? — предлагает Яра. — Протяни ручку, — мягко направляет она.

Снежка касается крошечной ладошки Богдана.

— Тёплый. Мягкий. Как пиложок!

Смех за столом становится громче.

После завтрака Стас с Витей выходят во двор покурить и поговорить.

— Всё обязательно образуется, — уверенно говорит Яра, ловя мой взгляд. — Мы вас не бросим.

— Спасибо.

Когда мужчины возвращаются, я узнаю, что мы улетаем сегодня ночью. Во всяком случае, таков план. Ещё одно испытание перед тем, как мы окажемся вне зоны досягаемости Кудашевского.

Если, конечно, он не перережет нам путь до аэропорта.

Полина

В Брно мы добираемся без приключений. Но на протяжении всего пути я была как на иголках: часто оглядывалась и выискивала в толпе аэропорта Кудашевского или кого-то из его охраны.

К счастью, не нашла.

И теперь тоже не найду.

Снежка, уже имея опыт в поездках, почти не капризничает и послушно сидит у Зимы на руках, когда мы идем к такси. Но к концу пути от усталости и шума начинает плакать.

— Давай я ее возьму, Вить. Котёнок, хочешь к маме? — спрашиваю, когда последней выбираюсь из машины.

Дочка слышит меня, но на руки не идет. Утыкается носом Зиме в плечо и продолжает хныкать.

Я чувствую укол… ревности. Слабый, но отчетливый. Пугаюсь этого чувства, потому что оно мне кажется диким и неуместным.

Впервые Снежка выбирает не меня, а… своего отца. Пусть она еще и не знает, кто такой на самом деле для нее Колючка Зима. И это неплохо, даже хорошо, что дочка на подсознательном уровне уже тянется к нему. Но я просто привыкла к тому, что моя дочь — только моя.

Глупая ревность сразу же рассеивается. Я больше не настаиваю, и Снежка остается на руках у Вити.

Осторожно осматриваюсь по сторонам. Мы приехали в тихий район, лишенный туристического лоска. Вокруг множество одинаковых домов, неподалеку, кажется, есть супермаркет. Очень практично и невычурно.

После «королевских» замашек Кудашевского здесь я чувствую себя свободнее и проще.

— Где эти блядские ключи? — бормочет Витя, шаря одной рукой по карманам своих джинсов и маленькой нагрудной сумке.

— Ты обещал не материться при ребёнке, — мягко напоминаю.

— Она спит, так что это не считается. Вот они. Нашел.

Я послушно иду за Витей. Мы прилетели налегке, поэтому долго возиться с багажом не приходится.