Книга Дети волков, страница 43 – Вера Бук

— Господин Гланцер, пожалуйста! – прокричала я, но не успела я подбежать к нему, как он захлопнул дверь перед моим носом. Я изумленно вскликнула. Опустив голову, Иессей попытался протиснуться мимо меня.

— Иессей! – позвала я. Он остановился, обеспокоенно посмотрел на меня и покачал головой.

— Лучше возвращайтесь домой, фрау Бендер, – пробормотал он. – Пожалуйста! На горе очень опасно во время грозы!

Я уже хотела поспорить с ним, но первый раскат грома над нашими головами заставил меня инстинктивно пригнуть голову. Насколько же громкими были раскаты грома, усиленные окружающими нас скалами! Мы оба посмотрели наверх. Я чувствовала нерешительность Иессея. Кажется, ему было трудно выгнать учителя с горы в такую погоду. Я уже хотела попросить его, чтобы он позволил мне переждать грозу в доме, но он сказал:

— Простите, фрау Бендер. Вам не следовало приходить. – Он приоткрыл дверь и юркнул внутрь.

— Иессей! – прокричала я, но дверь захлопнулась за его спиной с такой силой, что я поняла – там стоял его отец. Почти сразу раздался второй раскат грома. Я обернулась: на площади перед часовней остались только стул и скамейка. Тяжелые капли падали на землю все чаще. Я сразу же подумала о часовне. Может быть, мне удалось бы переждать в ней грозу? Но когда я подошла и постучала в деревянную дверь, та оказалась заперта. Кто, черт возьми, запирает часовню, стоящую на высоте почти двух тысяч метров на одиноком обрыве в горах?

Над антенной вышкой с криком пролетел ворон. Я посмотрела вверх, и мое сердце замерло при виде черного полога туч. Я бросилась бежать. По самой короткой тропе.

Папа за руку затащил меня в дом и захлопнул дверь перед моим носом. Наверное, он так же поступил и когда вносил в дом маму. Ее стул стоял под углом посреди гостиной. Он не стал тратить время на то, чтобы поставить его на привычное место между кухонным столом и печью у единственного окна в избе. Мама обычно сидела там, глядя в узкий проем, словно в щель между прутьями. Папа говорил, что после происшествия в городе мама застряла в собственном сознании, словно в тюрьме, и никто не мог подобрать ключ к ее камере. Мне хотелось подхватить ее на руки и отнести вместе со стулом в ее любимое место.

— Значит, средняя школа, да?! – Отец был вне себя, словно я был виноват в том, что мне предложили учиться в школе-интернате. – Ты что, хочешь оставить меня с мамой?! Чтобы я сам заботился о ней, о козах и о доме?!

Я раньше никогда не слышал, чтобы отец разговаривал так громко и был таким сердитым, а если и слышал, то очень давно. С тех самых пор, когда мама сказала, что хочет устроиться на работу в городе.

«Всего на два дня в неделю», – умоляла она, потому что сходила с ума от здешней тишины. Забавно. В конце концов, она сошла с ума не здесь, а в городе.

— Ты забыл?! – кричал на меня отец. – Ты забыл, что они сделали с мамой?

Он ткнул в ее сторону указательным пальцем. Мама сидела очень тихо, не качаясь. Мы с ней вдвоем затаили дыхание. Меня злило, что ей приходится сидеть напротив нас и все выслушивать. Что ее снова использовали как иллюстрацию неправильного решения. Вот, посмотри, что происходит с теми, кто пытается покинуть гору! В городе их избивают до полусмерти, и в итоге они становятся такими же дураками, как твоя мама!