Книга Дети волков, страница 108 – Вера Бук

— Уже почти семь, – сказала я и постучала по часам на запястье. Она продолжала следить за моими движениями. Она стала гораздо бодрее, чем в нашу последнюю встречу. Я надеялась, что смогу расспросить ее о тебе, Джули – ее матери. Но я не торопилась. Сначала я хотела завоевать ее доверие.

— Может, купим в пекарне пару булочек с какао, а через два часа вернемся сюда и навестим твоего волка? Как тебе такое предложение? Согласна?

Я снова протянула ей руку, на этот раз приглашающе. Девочка посмотрела сначала на мою руку, потом на лицо. У нее были твои глаза, Джули! От ее взгляда, гипнотического, пристального и пронизывающего, будто она взвешивала все возможности и опасности, которые таила в себе протянутая рука, мне стало не по себе. Но затем она осторожно вложила свою ладошку в мою руку, и тошнота в желудке исчезла, уступив теплому ощущению, разливающемуся в сердце. Мы прошли к машине, и я пристегнула ее, а затем протянула ей конфету из бардачка. Она осторожно развернула ее и положила в рот. Я улыбнулась, заметив, как округлились ее глаза. Это была мягкая карамельная конфета, обычно прилипающая к коренным зубам, если ее жевать. Твоя любимая, Джули. И очевидно, твоей дочери она тоже очень понравилась.

— Готова? – спросила я и развернула машину. Я понимала, что должна была отвезти ее обратно в клинику, а после того, как верну ее, поехать в редакцию. Но вместо этого я включила радио и помчалась в сторону города, в булочную, как и пообещала ей. Я не хотела предавать ее робкое, только зарождающееся доверие. Это точно стало бы ошибкой.

Около половины седьмого утра в пекарне было очень много народу, поэтому я оставила девочку машине, и вошла в здание одна. Она бы слишком сильно выделялась из толпы в своей ночной рубашке, не говоря уже о том, что за последние дни она стала кем-то наподобие телезвезды. Я дала ей еще одну карамельную конфету и сказала, что скоро вернусь. Из предосторожности я заперла машину, но все равно нервничала. Я постоянно поглядывала на улицу через окно пекарни, чтобы убедиться, что девочка все еще сидела на пассажирском сиденье. Как будто она была призраком, иллюзией, способной в любой момент исчезнуть таким же волшебным образом, как и появилась. Я знала, что дорогой тебе человек мог перестать существовать за доли секунды. Джули, этот страх будет преследовать меня до конца моих дней. А сейчас он стал даже сильнее, чем был после твоего исчезновения.

Я не знала, что нравилось девочке, поэтому купила круассан с шоколадом, сдобную булочку, булочки с изюмом, нутеллой, кунжутом, корицей, плетенку с маком и датскую слойку с яблоком, из которой капал ванильный пудинг. Как будто у меня был полный автомобиль детей, а не одна-единственная маленькая девочка на пассажирском сиденье.

— И дайте еще кофе и какао, – добавила я, когда продавщица протянула мне через прилавок два пакета, переполненных выпечкой, и какао, чтобы было чем запить сладкую взятку.

Вернувшись в машину, я положила оба пакета девочке на колени, и она почти полностью скрылась за ними. Я поставила бумажные стаканчики рядом друг с другом в подстаканники и объяснила:

— А сейчас давай найдем спокойное место для завтрака.

Я заехала на наименее оживленную парковку, находящуюся вне поля зрения посетителей пекарни. Кто-то из выходящих посетителей мог увидеть девочку через лобовое стекло и узнать. Мой выбор пал на лесную парковку, на которой кроме нас стояло всего две машины. Я бы не удивилась, если бы их владельцы приехали на утреннюю пробежку или для выгула питомцев.